В пользу этой моей теории говорило и то, как вело себя мое новое тело. Если я отпускала разум, позволяя ему действовать привычно, то, войдя в кабинет, я вдруг понимала, что только что подошла к шкафу и вынула книгу, о существовании которой не подозревала, а вот прежний владелец, похоже, любил. Или вдруг шла к стене и зажигала на ней светильник щелчком пальцев! Когда сделала это в первый раз, то обалдела и попыталась повторить. Куда там! Специально не вышло, так как мой разум категорически не понимал, что для этого нужно.
Полагаю, то же самое должно происходить и с владением оружием. Лично я, Варвара Олеговна Скорина, умела держать в руках только кухонный нож, ах да, еще канцелярский. Насколько хорошо «владыка» умел обращаться с той здоровенной железякой, которую мне ныне приходилось таскать, я не знала. И проверять как-то не хотелось.
Хотя однажды я разглядывала кинжал, идущий в комплекте к мечу, потом задумалась о доле своей незавидной, а когда вернулась обратно на грешную… не знаю, как называется этот мир, так вот оказалось, что я всё это время вертела кинжал между пальцев.
В общем, как-то так и жила. Муштровала слуг, читала бумаги и книги, изучала территорию замка (а то ведь даже свои покои в первый раз не сразу нашла), ругалась с поваром, который не умел нормально стряпать ничего, кроме разнообразных блюд из мяса.
Но больше всего меня удручала необходимость пользоваться горшком.