Однако они быстро исчезли, как только энергия в теле начала иссякать. Мысли снова замедлились, вернувшись к нормальному темпу, а в грудь ворвался голод. Настоящий, страшный, животный голод, похожий на инстинктивную жажду крови. Я подошёл к зеркалу и взглянул на своё отражение. Мои глаза были черны как смоль, но медленно, очень медленно возвращали свой обычный цвет…
Остатки сознания с трудом удерживали меня на ногах, и как только я обессиленно рухнул на кровать, на лице моем застыла едва заметная улыбка.
Глаза закрылись сами собой, и я мгновенно провалился в глубокий сон, дав своему тело наконец возможность отдохнуть. Сон мой был безмятежным, как давно забытый покой, но уже через какое-то время я почувствовал, как кто-то трясёт меня за плечо.
— Милорд, уже давно утро… — Его голос звучал приглушённо, словно издали, но постепенно прорезался все же сквозь пелену сна.
Я очень удивился тому факту, что чувствую себя отлично. Во всяком случае лучше, чем ожидал. Тело было наполнено лёгкостью, которую я уже давно не ощущал. Привычная усталость испарилась без следа. Я машинально провёл рукой по груди, пальцы невольно скользнули к тому месту, где еще недавно у меня был шрам.
В глазах Рурика мелькнул немой вопрос. Поднимаясь с кровати, я чувствовал странное волнение. Подошёл к зеркалу, распахнул на груди рубашку, в которой так и уснул накануне. Глубокий шрам, оставшийся после встречи с Викторией, уже не казался таким страшным. Он немного уменьшился, затянулся, хотя ещё вчера был глубоким и красным.
— Что-то случилось, милорд? — Рурик смотрел на меня с явной тревогой.
— Ничего, — ответил я, хотя сам не до конца понимал, как именно это произошло.
В голове крутились мысли о том, что мой опыт с кровью Виктории каким-то образом продолжил воздействовать на моё тело даже во время сна. Застегнувшись и приведя себя в порядок, я направился в гостиную, где уже ждали меня Цапля с Лилией.
Сев за стол, я заметил, что Лилия выглядит уставшей. У неё под глазами залегли тёмные круги — она явно очень плохо спала. Я взял ложку и принялся с жадностью есть кашу.