У Александра Михайловича пропал аппетит. Я радостно отметила, что приятель не стал доедать надкушенный тост, и добавила:
– Хотя, если поможешь мне, возьмусь за устройство Хучиковых детей сама.
– Что ты хочешь? – конкретно осведомился несчастный приятель.
– Позвони в банковское отделение на улице Коминтерна и попроси показать счет одного из их клиентов.
– Ну ты даешь! – возмутился друг. – Разве это так делают? Нужна специальная санкция, бумажка с печатью. И кого ты собралась проверять? Опять в детектива играешь?
– Вовсе нет.
Александр Михайлович молчал. Конечно, не поверил ни одному моему слову, все-таки не идиот. Но перспектива стоять в центре Москвы с корзинкой копошащихся в ней щенков, когда мимо на патрульной машине поедут коллеги, ужасала. И он точно знал, что если не поможет мне, то через некоторое время станет обладателем семи-восьми мопсотерьеров. В конце концов полковник промямлил:
– И где только шантажу обучилась! Ладно, попрошу одного знакомого, частным образом.
Ишь, хитрец. Но я все равно хитрее.
– Розалия Медых.
Александр Михайлович вздохнул и потянулся за телефоном. Надеюсь, Роза хранила деньги в банке возле дома.
В отделение банка я понеслась, как только мой приятель уехал. Симпатичный молодой клерк, чуть старше Аркадия, встретил крайне предупредительно.
– Добрый день. Вы от полковника?
Я важно кивнула головой и подумала: «Интересно, из какой неприятности вытащил тебя Александр Михайлович?»
Служащий тем временем включил компьютер и через пару минут сказал:
– К сожалению, в картотеке нет клиентки Розалии Медых.
– Как вы сказали, Розалия Медых? Очевидно, плохо расслышали по телефону имя. Меня интересует Роза Седых.
– Ох уж эти телефоны, – посетовал парень, щелкая клавиатурой, – усовершенствуют, усовершенствуют, а слышно плохо. Пожалуйста, Роза Седых имела в нашем банке два счета.
– Два? Возможно такое?
– Запросто, хоть десять заводите, если есть что класть.
– Не понимаю."
"– На один счет клиентка только вносила суммы. Смотрите. Открыла карточку восемнадцать лет тому назад и положила десять тысяч рублей, еще тех, советских. Потом через какое-то время, как раз накануне обвального повышения цен, сняла всю сумму. Очень вовремя. Ничего не потеряла в отличие от других.