Одной предстояло завоевывать теплое место для всей общины, а второй — сидеть тихо и не отсвечивать. Не все оказались довольны решением Алекс, но, помня уговор, послушно молчали.
Эльфы тихонько суетились вокруг. Подругу Ильмира Сантери и жену Ашана ибн Мурра обслуживали по высшему разряду, надеясь позже отправить нашим мужчинам чеки с припиской о том, какие мы сложные клиенты — чтобы получить побольше чаевых. Даже гордых эльфов кризис заставил работать, только посмотрите!
На полу перед зеркалом валялась куча отбракованной одежды.
Итого мы имели: лекарку в соблазнительном халате — одну штуку, официантку с подносом — одну штуку, девочку-отличницу с книгой рассказов — одну штуку и девочку-хозяюшку с метелкой.
— Да, пожалуй, хватит. Вы четверо идете со мной, а остальные — сидите и не отсвечивайте! Вон, трескайте пирожные, раз все оплачено.
Когда они двинулись к выходу, я направилась за ними, но Алекс покачала головой.
— Нет, Хелми, тебе нельзя! Не обижайся, но принц подавился, когда ты была рядом, и… в общем, он должен задыхаться от восторга, а не от приступа паники. Возьми зеркало, будешь смотреть. И следить за этими. — Она мрачно кивнула в сторону птичек, активно уплетающих пирожные.
Ничего не оставалось, как послушаться подругу, устроиться на удобном диванчике с чашкой ароматного чая и открыть старый, потрепанный блокнот, зеркало которого и служило мне окном в спецоперацию «Выдать замуж гарем».
"Алекс не только переодела гарем, но и приоделась сама. Для встречи с принцем она выбрала в меру строгое и деловое, но достаточно свободное, чтобы скрыть беременность, платье. Волосы черненькая собрала в пучок, а образ дополнила строгими очками в черной оправе, инкрустированной бриллиантами.
Уверенно, будто имея полное право там находиться, Алекс поднялась на последний этаж лекарского дома, где располагались палаты особо важных больных. Она безошибочно определила дверь принца и решительно вошла, ведя за собой птичек.