Я больше не знала, дрожу от негодования или от страсти.
Подняла взгляд - и утонула в полных золота глазах Иолара.
Я потянулась к застёжкам на его рубашке, но Иолар мягко отстранил мои руки, как оказалось, лишь затем, чтобы сорвать с меня одежду. Я только ахнула, оказавшись в одних трусиках, а он одним плавным движением стянул рубашку, снова прижался ко мне, не давая вздохнуть, одуматься, остановиться.
Он ласкал меня так, словно мы вот-вот навсегда потеряемся в открытом космосе. Целовал, будто от этого зависит его жизнь.
"Иолар прижал меня к дивану и вошёл решительно, почти грубо. Я ахнула, почувствовав, как он наполнил меня и сразу же толкнулся дальше, набирая темп, не слушая моих слабых попыток замедлить его.
Тогда я толкнула его в грудь, потянулась следом. Мы оказались на полу, Иолар снизу, на спине, и тут же я почувствовала, как его ладони сжимают мою грудь.
Коварно улыбнувшись, я завела его руки наверх, за голову, а сама медленно опустилась, глядя ему в глаза, задержалась на секунду и так же медленно приподнялась.
Иолар застонал. Он подал бёдра вперёд, за что я куснула его в плечо.
- Свет мой, я безумно боюсь тебя потерять. Ты мой мир, моя звезда, я безумно хочу тебя, хочу быть твоим, только скажи, - горячий шёпот обжёг, заставляя спешащее сердце биться ещё чаще.
Я провела ноготками по груди Иолара, на его лбу выступила испарина. Было удивительное чувство, вот так сверху вниз смотреть на обнажённого сильного мужчину, который почти без боя сдался мне и взглядом обещал выполнить любой каприз.
Стоило немного ускориться, и Иолар положил руки мне на талию, поддерживая, помогая. Он подавался навстречу, а я уже не могла остановиться.
Он первым достиг пика и, ещё не до конца отдышавшись, протянул руку, пощекотал чувствительный бугорок, слегка надавливая.
Меня накрыло волной удовольствия. На глаза выступили слёзы, я выгнулась, ловя каждый отголосок любовной дрожи.
Иолар уложил меня рядом, обнял. Я удобно устроилась у него на плече, закинула на него ногу, а под ладошкой сильно билось его сердце.
44
Было очень здорово так лежать в обнимку, мы вправду давно не оставались вдвоём. Вот только ногам стало зябко, и внезапно я поняла, что мы, вообще-то, в гостиной. Не заперлись. В квартире двое посторонних мужчин, которые могли нас увидеть. И, кажется, кто-то из них действительно заглядывал.