Один – тонкий и элегантный, второй – суровый, массивный, спортсмен. Соответственно, первый по обмену метёт пол в салоне красоты и приносит чай посетительницам, второй в комплексе с бассейнами и водяными горками помогает спасателю.
- Я поняла, - после долгого молчания раздался за моей спиной голос Илоны. – Ты просто знаешь про зубастого. Прости. Я не хотела, не так, честно!
Я насторожилась и, не оборачиваясь, включила запись."
"- Просто ты когда в космопорту вышла, вся такая из себя земляночка, и тут же отхватила лётчика, я расстроилась! Я уже месяц как совершеннолетняя была, и без единого мужа! А твой этот избранник был таким красавчиком, в форме, и всё такое.
- Пошла вон, - тихо ответила Илоне.
- Прости, - всхлипнула девица. В отражении вирт-панели было видно, как она встала и, утирая слёзы, пошла к выходу.
У меня тряслись руки. Я слышала, как стучит собственное сердце, а воздуха не хватало. И начала болеть голова, словно кто-то ворочал в ней раскалённым шампуром.
- Искин, - почти шёпотом позвала программу.
Меня проводили до машины сотрудники клуба, а возле медицинского центра встретили и бережно отвели в кабинет уже местные мальчики. Успокоительный коктейль, массаж, ароматерапия. Я полежала под сканером, на меня светили лазером, брали анализы. Тихие разговоры с врачом, совет чаще гулять, в том числе по магазинам, и новая диета.
Через пару часов позвонила Тамина.
- Света, есть минутка? - устало улыбнулась мне женщина. В уголках глаз у неё залегли морщинки, а я вдруг поняла, что не знаю, сколько ей лет и сколько у неё детей, не считая Илоны.
Я ожидала услышать совсем другое, растерялась и честно выложила историю об очередной избалованной дочке.
- Совсем от рук отбилась, - покачала головой Тамина. – Судью я знаю, попрошу Диаре в качестве наказания назначить что-нибудь посильное, без занесения в личное дело.