Я успела только отметить рукав военной формы, а кулак уже врезался в ухо марсианинина. Тот охнул, осел, принялся трясти головой. Кулак исчез, словно его обладателя резко дёрнули назад.
Юпитерианин скрылся из вида. В нескольких местах ангара воздух пошёл заметной рябью, показались очертания машин чуть крупнее ИТС, из них высыпали мужчины в форме венерианской службы планетарной безопасности и куда-то побежали.
Послышались крики, тихие хлопки, гул двигателей. Дрожь передалась платформе, я чувствовала, как мелко подрагивает окружавшее меня желе матраса.
Там, где из воздуха появлялся кулак, открылась дверь малого планетного разведчика, на котором Аргус прилетал меня навестить. И шагнул он сам.
Форма, без нашивок и знаков отличия, сидела на нём, как втора кожа. Он стремительно подошёл, замер совсем близко, как-то нерешительно коснулся моей щеки. Он смотрел виновато и молчал.
Если бы могла, бросилась бы ему на шею, уткнулась в плечо и разрыдалась, но шлаков аппарат по-прежнему не пускал.
- Прости, милая. Скоро будешь дома, уже всё закончилось.
Аргус говорил в полголоса, а вот оставшийся вне поля зрения мужик тон сбавлять не планировал.
- Аргус, ты какого… сорвал операцию! Я тебя взял только при условии, что будешь сидеть тише космической пыли, а ты слил всю маскировку и покалечил подозреваемого! Тебя за такое уволить и разжаловать мало! В штрафники пойдёшь!"
"- Я уже много лет, как принудительно уволен, - рявкнул Аргус, повернувшись к невидимому для меня собеседнику. – А здесь моя жена! Вы достаточно услышали и засняли, а пугать её ещё больше погрузкой на корабль я не позволю! Я вам сразу это сказал!
- Ты сказал, что… Тьфу ты, кусок шлака, ну что там ещё? Какие ещё запрещённые чипы на его корабле?
Второй голос ушёл.
- Госпожа, не волнуйтесь, сейчас отключу вас от аппарата, - предупредил он, возвращая платформу в горизонтальное положение. Передо мной снова застыл потолок. Мелькнула страшная мысль, может, я задремала, и никакого спасения не было? Но тут надо мной склонился Аргус, и я выдохнула с облегчением.
- Что с подвижностью? – недовольно спросил он у медика.
- Тело полностью восстановит подвижность и чувствительность за пару часов. Правда, вначале будет покалывать, как если бы вы отсидели ногу, только вместо ноги всё, что ниже шеи. Неприятно, конечно, я предлагаю на полчасика погрузить в камеру…
Я перевела испуганный взгляд на Аргуса.
- Никаких камер, - понял он без слов.