Золотой крестик пульсировал, даже в первые дни у Иолара такого не было.
В животе заурчало, и я всё же открыла глаза. Надо мной раскинулся потолок цвета неба перед рассветом. Постепенно цвет светлел, спускался по стенам и у пола превращался в изумрудную зелень.
Я лежала на кровати, в длинной рубашке цвета морского песка. Заметила рябь вирт-панели на стене, несколько кресел, столик с фруктами и кувшином. Невольно сглотнула слюну.
Повернула голову и мысленно ахнула. У дальней стены на узкой лежанке спал Иолар.
На потолке загорелся прямоугольный контур медицинского датчика, по мне от головы до ног прошёлся голубой луч. Я лежала тихо, чтобы не потревожить Иолара, казалось, что он давно не спал.
Через минуту в помещение зашёл знакомый врач. Я показала ему на Иолара и приложила палец к губам, он понятливо кивнул и какое-то время молча колдовал вокруг меня. Водил приборами, прикладывал датчики, проверял какие-то данные на вит-панели в изголовье кровати.
- Что с ней? – тихим, надтреснутым голосом прозвучало в тишине.
Иолар проснулся и сидел на своей лежанке, вцепившись в край до побелевших пальцев.
- Здорова, - не стал тянуть с ответом врач. – Лечение окончено, все показатели в норме. Госпожа, вы можете ехать домой или оставаться здесь, сколько захотите. Вип-палата оплачена на несколько дней вперёд, ваш второй муж даже не стал уточнять срок лечения. И он оставил существенную сумму на ваше имя в счёт дальнейших посещений.
- Да. Обед, - желудок снова громко заурчал. Думать было сложно, я словно всё ещё спала и никак не могла проснуться.
- Скорее, ужин, - и врач понятливо улыбнулся. – У вас было сотрясение мозга, вывих плеча, синяки и ушибы. Для наиболее благополучного выздоровления мы поместили вас в контролируемый лечебный сон. Вы три дня не ели, из голодания нужно будет выходить постепенно, все рекомендации я оставил вашему мужу.
- Постойте, - окликнула я мужчину. – Те, которые меня хотели увезти… Они говорили про какие-то идентификаторы. Вы знаете, что это?"
"- Конечно. Это мода последних лет. Дамы стали подчёркивать свою принадлежность к Венере более явно после того, как марсианское правительство и Планетарный Союз разместили на планете посольства. Говорят, после этого их перестали путать с землянками, и неприятных разбирательств стало меньше.