Верная

И когда мне потребовалось обезопасить Вику с Нико от любых негативных для них последствий, а себя – от манипуляций за их счёт, я почему-то первым делом о Генке вспомнил. Тот уже давно легализовался и строил бизнес в Европе. Как раз там, куда бы я хотел перевести своих, чтобы их защитить. Вот только объяснить Вике, зачем ей срываться с насиженного места куда-то, было довольно сложно. Ей казалось, что нашего развода достаточно, чтобы вывести себя с Нико из-под удара. Я же понимал, как жестоко она ошибается и как важно убедить моих недоброжелателей, что у неё и впрямь новая жизнь, вообще никак со мной не связанная.

Новый брак и переезд тому бы здорово поспособствовали. Так что можно смело сказать, что это я устроил Викину личную жизнь. Галямов на самом деле нормальный мужик, один из немногих, кто хотел мне помочь, кто даже не зассал прийти ко мне на свиданку. Такому не страшно своё доверить. Я, кстати, к нему вышел, хотя всех других предпочитал игнорировать. Ну и в лоб ему сказал, чтоб не терялся, потому как в тот момент, оставшись без богатого мужа, Викуся была довольно лёгкой добычей, а, чего уж скрывать, в любых других обстоятельствах у полноватого, начавшего рано лысеть Генки просто не было шансов. Он был неглупый, все понимал, но был настолько в неё влюблен, что это не имело значения. Когда я узнал, что они поженились, у меня будто камень с души свалился. Но для посторонних, конечно, всё выглядело совсем иначе. В их глазах я был одним из многих бедолаг, брошенных при первом же серьёзном испытании стервой-жёнушкой.

– Никогда мне она не нравилась! – Мама хмурит брови, а я смеюсь. Это всё, что нужно знать о том, насколько она последовательна.

– Ты же вот только сказала, что мечтаешь, как мы помиримся.

– Соврала! Не стоит она тебя, сыночек. Тебе бы хорошую девочку найти.

– Это какую?

– Заботливую. Вот как твоя помощница. Такая девочка, такая девочка!..

А вот этого не надо, мама. Тонкий лёд.

– Она не в моем вкусе, – отрезаю сухо, какого-то хрена на русском и тут же за спиной слышу:

– Сергей Зурабович…

Резко оборачиваюсь:

– Да?

– Извините, не хотелось бы прерывать.

Но у нас там… – Воскресенская кивает в сторону двери. – Гости.

Чёрт! Чёрт… Чёрт. Ну что за блядство?

– Я сейчас, – бросаю. – Мам, ты слышала. Труба зовёт.

– Не пропадай, мой хороший. Евгения, огромное вам спасибо, что вы устроили эту встречу. Я слишком стара, сама бы ни за что не смогла разобраться со всеми этими технологиями. Вы подарили мне радость.

– Ну что вы. Пустяки.