Не стоит ли за этим мать Эллы миссис Леннокс? И зачем я только рассказал ей, в каком районе мы живём и как зовут моего дядю! Наверное, она разузнала, и в каком именно доме мы…
Мои размышления прервало появление Лидии Леннокс. В белом костюме и зелёной шёлковой блузке она быстрыми шелестящими шагами направилась в холл вместе с Эллой и своими телохранителями, тигрицами-близнецами. Благосклонно улыбаясь направо и налево, она здоровалась с какими-то людьми и прикладывалась в воздушных поцелуях к щекам, которые не успевали вовремя увернуться.
На меня она взглянула лишь мельком. Но по её взгляду и улыбке я сразу понял, что это её рук дело. Она важно прошествовала к нам.
– Ну, как прошёл твой последний день в школе? Я тебе искренне сочувствую. Жаль, что так вышло с вашей квартирой. Но людей тоже можно понять: никто не хочет жить по соседству с нарушителями спокойствия.
– Мы не… – упрямо начал я, но она не дала мне договорить:
– К тому же вы можете жить в море, так что вам не о чем беспокоиться, не так ли?
Не дожидаясь ответа, она процокала на высоких каблуках прямиком к Джеку Кристаллу.
Когда они обе ушли, я повернулся к дяде Джонни:
– Это ты ей рассказал про нашу квартиру?
– Не-е, – буркнул он. Таким мрачным я его бульдожье лицо ещё никогда не видел.
– Ну, тогда ясно, кто этот влиятельный некто, из-за которого нас выселили, – сказал я и признался, что сам снабдил её всей необходимой информацией.
– Откуда тебе было знать, что она задумала? Не бери в голову, малыш. Ты не виноват.
Я ощущал ужасное бессилие. Она со мной поквиталась… И ей ничего за это не будет!
– Добрый день, дорогие родители и ученики, – раздался отчётливый и спокойный голос Джека Кристалла, и разговоры постепенно смолкли. Мы все повернулись и напряжённо уставились на него.