Тогда зачем?! Почему просто не свалить к Виту и не оставить в покое эту семью?! Когда за Лизой захлопнулась дверь, мама Арса разрыдалась в голос, уткнувшись мне в плечо. Я осторожно глажу ее по спине. Стас отошел к окну.
— Она угробит ребенка. — просто констатация факта. — Эта Сука просто хочет денег. А с сыном у нее больше шансов. — он говорит это так буднично, будто в этом нет ничего ненормального. — ну ничего. — грустно усмехнулся он. — мы еще повоюем!
Анна Семёновна подняла на меня красные от слез глаза и схватилась за сердце.
— Скорую! — орет он на меня. — Вызывай скорую!
***
— Держи, — послышался надо мной голос Стаса. Подняла голову и увидела в его два стакана кофе, один из которых предназначен мне.
Мы сидим тут со вчерашнего вечера. Сейчас почти шесть утра, а новостей все нет. Ее привезли в ближайшую клинику, недалеко от дома. Это вселяет надежду, что хотя бы сейчас все будет хорошо. Что мы успели. Что врачи спасли.
— Как она? — тут же подскочил Стас и поймал за рукав врача, вышедшего из палаты Анны Семеновны. За небольшую плату нам разрешили сидеть прямо тут, возле палаты реанимации, но это ненадолго, до приезда заведующего отделением. Врач отрицательно покачал головой.
— У Анны Семеновны обширный инфаркт. Мы сделали все, что смогли. Остаётся только ждать…
Слезы снова покатились по щекам. Уткнувшись в плечо Стаса, я позволила эмоциям выйти наружу. Мне больно. Мне сейчас так больно…
— А я ведь завидовал ему… — тяжело вздохнул Стас, опустившись на кушетку.
Глава 20. Стас
Отвез Дашку домой, сдал отцу и поехал в ближайший бар. Запотевшая кружка пива с плотной белой пеной так и застыла в руках. Эта ситуация не дает мне покоя. Тут явно что-то не чисто. И чем больше я об этом думаю, чем больше прокручиваю в голове произошедшие события, тем больше убеждаюсь, что я прав.
Отставил кружку с пенным в сторону и достал телефон. Провел пальцем по трещине, что образовалась, когда я падал, прикрываясь от обстрела. Тяжело вздохнул и стал искать номер человека, которому точно могу доверять. Длинные гудки, автонабор и вот, наконец, на том конце раздался знакомый голос.