Как приеду с цветами, как увижу удивление в ее глазах. Возможно, получу по морде. Она может. Улыбнулся своим мыслям. Потом сгребу эту невероятную девочку в охапку. Прижму к себе и поцелую так нежно, как только смогу. Не заметил, как провалился в сон под эти мысли.
Утро началось с очередного осмотра и взятия анализов. Через три часа в палату вернулся врач.
— Готов? — спросил он.
— Да. — я действительно готов.
Позволил усадить себя в кресло-каталку на американский манер. Чертовы современные клиники! Довезти до операционной.
— Верните, когда все закончится. — док улыбнулся и кивнул, а дальше…
Дальше я тяжело просыпаюсь от наркоза. Перед глазами по-прежнему темно. Я даже не сразу понял, что была операция, настолько привык к темноте вокруг за этот короткий срок. Но чем больше я отходил, тем больше понимал, не вышло. Черты бы побрал! Не вышло!
Меня кто-то прижал к кровати.
— Успокойся. — незнакомый голос. — Это всего лишь повязка. Ее снимут через пару дней. Все получилось, Арс.
Я попытался успокоиться. Тело еще плохо слушается после введенных препаратов, но голова стала работать лучше, и я понял, что вижу! Вижу эту гребаную повязку на своих глазах. Белая, марлевая. Противно пахнет лекарствами. Улыбка расплылась по моему лицу, и я обмяк на кровати.
— Пару дней. Всего пару дней. Потерпи, ладно? — кивнул, соглашаясь. Кажется, это был док.
Я лежу и улыбаюсь, как идиот. Никогда бы не подумал, что буду рад увидеть обычный кусок бинта! Во рту пересохло, но я лежу и наслаждаюсь одной мыслью о том, что все налаживается.
— Арсик. — услышал голос, от которого сжалось сердце. Тёплая ладонь матери легла мне на лоб, погладила по волосам. — Мальчик мой. — всхлипнув, причитает она. — Хороший мой, мальчик.
— Мама. — взял ее маленькую сухую ладошку в свою, аккуратно сжал. — Как ты?
— Да я то что? Я старая уже, того глядишь, отец позовет, и я уйду. А тебе жить надо.
— Мам, перестань — внутри все скрутило от этих слов.
— Ко мне Дашенька на днях приезжала. Вы обязательно помиритесь. Девочка очень любит тебя, ты же знаешь.
— Знаю мам, знаю. Я, кажется, тоже… — договорить мне не дали. В палату ввалились Стас и Сергей. Но то, что я услышал, разорвало меня изнутри от счастья и тут же собрало обратно, как тугую пружину, придавая сил, чтобы подняться на подушках. От двери я услышал крик
— ПАПА! — и топот маленьких ножек. Тим оказался на моей кровати.