Но в те годы на такие вещи не смотрели, больше обращая внимание на экстерьер и внешнюю атрибутику.
Понятно, до настоящих «волков» им было еще очень далеко. Но эти времена не предоставляли подходящего человеческого материала. Эпоха дилетантов. Однако даже такая группа бойцов, распределенная по помещению приемной, представляла серьезную проблему для любого злоумышленника.
При виде наркома по военным и морским делам эта «стража» подтянулась и оживилась. Вполне доброжелательно.
– Товарищ нарком, – произнес секретарь.
– Хорошо. – ответил Фрунзе и уселся на стул рядом с одним из бойцов охраны. – Часто стреляете?
– Пока не приходилось.
– Я не про нападения. Упражняетесь в стрельбе часто?
Разговор поначалу клеился плохо. Люди стеснялись. Но слово за слово и бойцы втянулись. Михаил же Васильевич вел пропаганду за более современные и разумные пистолетные системы с быстросъемными магазинами. Ждать пришлось около четверти часа. Но это время пролетело незаметно.
"И вот – дверь вновь открылась и из нее вышел мужчина средних лет, в гражданской одежде с крайне мрачным выражением лица. Не испуганным, а именно мрачным.
Наркома пригласили войти и тот не заставил себя ждать.
– Странные от тебя люди выходят. Словно с похорон. – произнес Фрунзе после приветствия.
Уставший и крайне мрачный Дзержинский помолчал около минуты. После чего с каменным выражением лица произнес:
– В курсе, кто это был? Нет? Ну и правильно – не твоя епархия.
– Не сдюжили, как я понимаю?
– Домишко тот натуральной крепостью оказался[24]. Двери из котельного железа в полдюйма. Кладка в восемь кирпичей – ее изнутри нарастили.
– Всех наших побили?
– Да. Хорошо, хоть предупредили, когда пошли и их хватились. Подтянулись, а там только трупы остывшие. Бандиты же отбились и ушли. Причем, уроды, над ранеными глумились. Пытали.