Особенно когда он поднял вопрос о необходимости создания большого штата профессиональных унтеров. Без которых, как он говорил, все рассыплется. Что-то аналогичное, только в другом ключе Михаил Васильевич говорил и про командиров да начальников на всех иных уровнях. Предлагая разные варианты их подготовки у содержания. Например, в виде небольшой пенсии состоящим в запасе такого рода кадрам или различных социальных бонусов.
Зал бушевал.
Словно буря в стакане."
"Помогало то, что возражающие друг другу частенько противоречили.
– А как вы хотите разворачивать новые дивизии в случае мобилизации? – поинтересовался Сталин.
– На базе территориальных формирований. При которых потихоньку, по мере набора кадров, формировать штаты комсостава батальонов, полков, бригад и дивизий, в зависимости от ситуации.
Этим Иосиф вполне удовлетворился.
Фрунзе доклад с ним согласовывал перед выступлением. И тот был в курсе всего происходящего. Поэтому такие вот вопросы задавал больше для проформы. Чтобы запустить очередной виток споров, откровенно его забавлявших. И позволявших получше разглядеть людей… их нутро и то, чем они живут, дышат, как мыслят.
Михаил Васильевич же, несмотря на достаточно бурное протекание беседы, продолжал. Он шел словно ледокол в период ледохода. Спокойно, уверено и довольно шумно. Потому что льдины то и дело ударялись о его борт, но, в целом, ничего не могли сделать.
– Но ведь Германия проиграла! Какой нам смысл у них учиться?!
– А как Германия проиграла?
– В каком смысле?
– На момент капитуляции германские войска удерживали приличные земли противников оккупированными. Своих же они не отдали не клочка. Разве это военное поражение? Во все времена такое положение дел называлось победой.
– Но она капитулировала!
– Верно! Капитулировало ее политическое руководство. В военном же плане Германия достаточно уверенно выиграла эту войну. В условиях жесточайшей блокады и необходимости вести боевые действия на два фронта, а также тотального превосходства противников буквально во всем. Более того – в военном плане Германия могла продолжать войну и дальше. И немцы это не забыли и не простили.