– Кошель кожаный, в нём две сотни рублей бумажными ассигнациями, и двадцать восемь с полтиной, золотой и серебряной монетой, – продолжал отчитываться тюремный чиновник. – Удостоверьтесь, ваше превосходительство, что всё у вас в целости, и вот тут распишитесь.
– Ну вот, совсем же другое дело! – Вязмитинов всплеснул руками, увидав Алексея. – Как же преображает человека одежда!
– Сергей Кузьмич, а почему не военный мундир? – поинтересовался Егоров. – Или я лишён своего чина?
– Не могу знать, Алексей Петрович.
Так же как и полгода назад, Алексей ехал в чёрной пролётке, останавливаясь около каждого внутреннего поста крепости.
– Плашкоутный мост разобрали, а Нева ещё как следует не замёрзла, зима в этом году тёплая, только у берега лёд, – пояснил сидевший рядом офицер. – Сейчас к переправе подъедем, и на баркасе нас перевезут.
С бульканьем опускались в воду вёсла гребцов.
– Ангел – покровитель Санкт-Петербурга, символ надежды и веры, ты меня сохранил, – шептали его губы. – Храни и дальше от всех невзгод и напастей.
– Их превосходительство генерал-майор Егоров Алексей Петрович к петербургскому коменданту, – объявил цель визита сидевшему за столом поручику сопровождающий.
– Поручик Эртель! – вскочив, представился тот. – Так точно, до меня уже довели о вас, проходите, пожалуйста. – Он показал рукой на парадную лестницу. – Караул, сопроводить до дверей приёмной!
Широкий коридор. По бокам от нужной двери караульные с примкнутыми к фузеям штыками. Всё здесь было знакомо.
– Капитан Малютин! – щёлкнув каблуками, учтиво представился адъютант.