Запах волнами накатывал на сознание, и в воображении снова возникли бледно-зеленоватые уродцы сосвернутыми шеями и вспоротыми животами, бьющаяся под его пальцами в предсмертной агонии живая плоть… Стало душно, и Санька тяжело задышал.
– Че так запыхался? – послышался рядом игривый голос. – От волков, что ли, убегал? Или муж с молодухой застукал?
Санька с трудом повернул голову.
Рядом с ним стояла толстая рыжая деваха с конопатым лицом и смотрела на него наглыми голубыми глазами.
– С чего вы взяли? – пытаясь унять охватывающую его дрожь, спросил он.
"– Так видать по тебе. Какой-то ты заполошный. – Девка подмигнула ему и убрала с лица рыжую прядь.
Санька повернулся к ней и взял ее за грудь.
– Ладно, потискать дам, бесплатно, – сказала девка, – но больше ни-ни.
Пошли вот туда.
Она достала из кармана железнодорожный ключ и открыла дверь, за которой оказалась кабина водителя. Стоял конец июля, было еще светло, но кое-где уже зажигались огни.
– Красиво, да? – сказала деваха.
– А ты дверь запрешь? – преодолевая хрипоту, сказал Санька. В нагретом за день душном помещении запах оглушал его, накатывая на гаснущее сознание. Он услышал, как рыжая повернула ключ в двери и сказала:
– Ну, иди сюда, студентик.
– Приметы: среднего роста, сложения скорее плотного, волосы русые, глаза серые. Вооружен пистолетом системы «Макаров», отобранным у сотрудника милиции.
Примерно-такие сообщения были переданы во все без исключения подразделения милиции. Но каннибал не появлялся. Движимый проснувшейся звериной хитростью, Попов заранее чуял опасность и благополучно избегал все поставленные ловушки.
Тем более он был хорошо знаком с этим ведомством и прекрасно представлял себе все его уловки.
Главное теперь было – выбраться из города. Скоро в голове сложился план – уехать на одной из первых электричек, из тех, что отходят в пять утра. Отряды линейной милиции в это время наименее внимательны.
Нужно только пересидеть ночь. Проще всего спрятаться между вагонами на товарном дворе.