Главное Лена жива и сможет жить дальше! Сможет танцевать и выйти замуж. С улыбкой, похожей на стоватную лампочку, я вышла из вестибюля в зал, чтобы все рассказать Давиду. Надо. Пора. Теперь можно. Даже если он меня пошлет, я попрошу последнюю ночь и уйду. Теперь у меня есть ради чего жить, а воспоминания о минутах с Давидом будут греть меня одинокими вечерами.
Стоило мне окунуться в гомон праздничного зала, в котором вот теперь я не чувствовала себя лишней, меня схватил за локоть тот самый Андронов. Он отразил мою улыбку.
— Что же вас так порадовало, что вы на людей налетаете? — спросил он, а я только поджала губы, потому что я точно никого не толкала, и еще точнее, он подошел с боку.
— Ничего, просто мне надо вернуться к Давиду.
— Ах да, — он чуть сжимает мой локоть, пока я осматриваю зал в поисках Давида. Даже странно, обычно стоило ко мне подойти мужчине, он появлялся словно из ниоткуда. — Так вам нравится находиться в услужении?
Не самая подходящая тема для светской беседы. Тем более, судя по взгляду, он очень хочет, чтобы у поменяла место службы.
— Все прекрасно, спасибо.
— Помните дорогая, что как только он от вас избавится, я с распростертыми объятьями приму вас под свое крыло.
Крыло-то поди с шипами.
— Благодарю, но я не планирую менять хозяина. Никогда.
— Андронов! — послышался голос за моей низкий спиной и обернувшись я с облегчением увидела Романа Алексеевича. — У тебя кажется, скучает супруга.
— Хм, — он отпускает меня и смотрит в сторону темноволосой женщины, которая мило общается с одним из расфуфыренных гостей.
Суть разговора мне не понятна. Судя по всему какие то прошлые дела, меня больше интересует где же…
— Давид ждет тебя в гардеробной, — услышала я снова голос врача над ухом и хотела радостно улыбнуться, но после следующих слов ощутила, как дыхание перехватывает. — И думаю, ему нужны вразумительные объяснения, почему ты не сообщила о больной сестре.
Я кивнула, и медленно, не замечая красочной толпы вокруг побрела в сторону выхода.
Как вообще вышло, что в многомиллионном городе мы наткнулись на врача моей больницы.
Я остановилась перед выходом из зала и трусливо выглянула в проем. Он стоял у большого дорого зеркала и поплавлял воротник пиджака.
— Иди сюда, — сказал, почти не глядя на меня и взял у водителя мое легкое пальто. Я прикусила губу, сделала глубокий вдох и выпрямив спину пошла к своему палачу.