Бальк будет плакать, обнимать Кондратия Герасимовича и что-то бормотать по-немецки. Никто из сидевших рядом вокруг котла не поверит в то, что они в те минуты скажут друг другу.
Однажды напарник Балька допустит ошибку при обезвреживании немецкой противотанковой мины. Сработает донный взрыватель. Убьёт троих. Двоих немцев и русского сержанта. Бальк в группе был четвёртым. Находился на таком же расстоянии от взрыва, что и русский сержант. Его отбросит волной, но осколки и камни, поднятые взрывом, которые особенно опасны в таких случаях, пролетят мимо.
Тут будет реклама 1
У него даже будет русская женщина, у которой он иногда ночевал, когда разрешал командир группы.
И вот наступит день, когда его имя окажется в списке на отправку домой.
Спустя некоторое время в Англии, в переводе на английский, выйдут его мемуары. В них Норберт Бальк, бывший унтер-офицер фузилёрного полка, дравшегося с большевиками на Восточном фронте, расскажет, как храбро сражались в России его товарищи, как жесток был враг и какие огромные потери понесли войска группы армий «Центр» по вине фюрера.
Тут будет реклама 2
Ни слова в них не будет о папаше «Кайзере», о Чернавичской пуще, об «остовке», с которой он познакомился однажды во время отпуска на родину, о русской работнице Шуре в доме матери в Баденвайлере, о расстреле русского старика и его больного сына, о курсах сапёров, об ухе на Острике в компании фронтовиков, бывших красноармейцев, и о его слезах…"
"Профессор выжил. Тогда же, летом сорок второго года, когда произошла его встреча с Воронцовым в деревне Захара Северьяныча, он организовал нечто вроде сельской больницы.
Тут будет реклама 3
Немцы выделили пустующий дом. За еду он нанял двух женщин. Одна готовила. Другая убиралась. Потом появилась медсестра. Профессор привёз её из Вяземского концлагеря. Покладистая и аккуратная, поклявшаяся молчать обо всём, о чём следовало молчать, она молчала всю жизнь, конечно же зная, чем на самом деле занимался Профессор на оккупированной территории и по какой причине даже не пытался уйти к партизанам или перебежать на ту сторону фронта, когда обстоятельства тому вполне способствовали.
Тут будет реклама 4
После того, как осенью сорок третьего Красная армия освободила Вяземский, Всходский, Угранский, Спас-Деменский, Рославльский и другие районы Смоленщины, Профессор сам явился в особый отдел 33-й армии, изложил свою историю. И ему поверили. Может, не совсем и поверили, но нужен был хороший доктор, специалист высокого уровня, и этим требованиям Профессор вполне соответствовал.
