Он и пришел на пляж. Я видел его следы. У него сорок первый размер обуви. Когда я вошел в комнату, где он лежал на полу, я сразу посмотрел на его обувь. У убийцы и жертвы были одинаковые размеры ноги. Они несколько раз сходились и расходились. Ей нужно было получить абсолютное алиби, доказать, что она была жертвой, и поэтому он должен был в нее выстрелить с расстояния в несколько метров. Видимо, он колебался. Наконец он выстрелил. Пуля попала ей в сердце. Вы видели, как сильно он переживал. Барнард по-настоящему любил вашу мать все эти годы, он не мог жить без нее.
В телефоне вашей матери оказались стерты три исходящих звонка. Мне удалось выяснить, что именно она звонила со своего телефона Хуаните. Остальные два звонка она сделала, очевидно, Барнарду. В этом нет никаких сомнений. И мы легко это установим, поглядев его телефон. Барнард понимал, что все может раскрыться. К тому же нетерпеливый Линдси уже позвонил режиссеру и узнал, что съемки уже давно отменены. Должен вам сказать, что Барнард очень переживал смерть вашей матери.
Потрясенные Алиса и Юхан молчали.
— А доказательства? — поинтересовался Юхан. — У вас есть доказательства?
— Конечно, — грустно кивнул Дронго, — во-первых, проститутка узнала голос Даниэля Барнарда, во-вторых, с телефона вашей матери звонили Хуаните, это подтвердили на местной телефонной станции, и, в-третьих, самое главное доказательство, — он достал из кармана две гильзы и положил их рядом на стол, — первую гильзу я нашел на пляже в песке, рядом с телом вашей матери.
— Почему вы не рассказали об этом остальным? — спросила Алиса. — Ведь они так ничего и не узнали.
— Кристин Линдегрен была большой актрисой, любящей матерью и мужественным человеком. Она не хотела, чтобы кто-то знал такую правду. И я решил, что все так и должно быть.
Юхан поднялся и подошел к Дронго, протягивая ему руку.