Кто с тобой в сговоре, кто всё это предложил? Какого лешего ты согласилась?
— Я согласилась?! Боже, что ты несешь? Разве не ты организовал мне этот номер дорогой в отеле и перелет бизнес-классом?! Ты меня подставил, Алексей! Но зачем тебе это? Чтобы выставить меня ужасной матерью и отобрать Женю?! Сыночек обожает меня и будет ужасно скучать! — мои глаза наполняются слезами от одной только мысли о том, что меня с сыном разлучат. — Если ты так сделаешь, то ты… ты просто чудовище!
Алексей делает шаг в мою сторону, я отступаю.
— За что ты так со мной, Леша? — плачу я. — Сначала в неверности обвинил, теперь в воровстве. За что?! Что я тебе сделала?
— Ты успокоишься или нет? — цедит он.
Я зажмуриваюсь, мотаю головой и реву. Эмоции вырываются наружу. Алексей делает еще шаг, упирается рукой в стену у моей головы, нависает, пугая.
— Говори, что случилось. Как я могу догадаться, если ты только обвиняешь и истеришь?
— Это не ты подстроил? Точно?
— Мать твою, нет! — рявкает он.
"Дрожь пробегает по телу. И я выдаю ему всё, что знаю — о гранте, обвинениях следователя. Не забываю и про недавний разговор с деканом.
— Черт, — ругается Алексей. — Ты, надеюсь, ничего не подписывала?
Я отрицательно качаю головой.
— Понимаешь, что подставить тебя хотят? Повесить нецелевое использование средств, если не отмывание бабла. А ты не делаешь ничего, только заперлась в квартире и ревешь. Ты пускаешь ситуацию на самотек, как и в прошлый раз, да? Сбегаешь и прячешься.
— Мне просто страшно! — всхлипываю я.
Алексей наклоняется. Я на губах своих его дыхание чувствую. И вздрагиваю, когда его палец касается моей щеки, Леша ведет по ней почти нежно. Глаза его теплеют при этом. Становятся такими, как раньше.
— Вот смотрю на тебя иногда, Варя, и кажется мне, что ты такая и есть: честная, наивная, настоящая.
Я киваю. Так и есть! Я именно такая! Может, в каких-то вопросах я излишне наивна, но это лишь потому, что никому никогда зла не желала.
Алексей приближается, на губы мои смотрит. Дышит часто. Кажется, что вот-вот поцелует. Я замираю, парализованная остротой момента.
Как по щелчку его взгляд меняется. Вновь становится холодным, опасным. Алексей отходит от меня и говорит:
— Не высовывайся. Ходи на работу как раньше. Ни с кем ничего не обсуждай. Ничего не подписывай. Я разберусь.
Он идет в сторону двери.