Подхватывает на руки. Этот мужчина силен не только морально, но и физически. Несет так, как будто я не вешу вообще ничего. Даже по лестнице буквально взлетаем.
Домашний персонал давно отпущен. Мы одни в доме. Но все равно в спальне мне становится чуточку спокойнее. Особенно потому, что здесь лишь тусклый свет от бра.
Хотя волнение все равно шкалит.
Олег опускает меня на кровать. Сам сразу наваливается сверху. Сегодня нам не нужно большое пространство.
— Моя хорошая…
Мне нравится его ласковый и в то же время сексуальный тон.
Олег проходится поцелуями по моему лицу, спускается к шее. Но я уже не могу думать ни о чем другом.
— Точно готова? — он замечает мое состояние.
Отстраняется, нависает сверху.
— Да, — быстро киваю, — хочу, чтобы все поскорее…
— Закончилось? — муж ухмыляется.
Я хотела сказать — случилось. И все-таки Вредина во мне еще до конца не умерла от волнения.
— А у нас все закончится? — поднимаю брови.
Но Шульгина не смутить.
— Все только начнется, малышка.
Он опирается на локоть, свободной рукой расстегивает пуговицы на моей пижамной кофте.
Боже, в чем я пришла соблазнять мужчину?.. Но это только подтверждает, что заранее я ничего не планировала.
Мм… Зато под пижамой нет белья. Она довольно плотная, а я недавно из душа.
Супруг распахивает на мне кофту, и его взгляд загорается от вида груди. Кадык делает движение вверх-вниз. Шульгин сипло выдыхает.
Заводит мои руки вверх, стягивает рукава и отбрасывает кофту. Все это, не сводя глаз с грудей.
— Ты идеальная… — хрипит."
"Меня вгоняют в краску и дико возбуждают его комплименты. Причем заметно, он говорит не чтобы навешать лапши. Он делится мыслями потому, что просто не может удержать их в себе.
Наклоняется, жадно всасывает сосок. Теперь я судорожно вздыхаю.
— Олег…
— Сейчас, моя хорошая.
Муж тянет резинку моих пижамных штанов вниз.
Из него вылетает грудной стон, когда видит, что я без трусиков.
Накрывает ладонью лобок, я цепенею. Его большой палец скользит вниз, по чувствительному бугорку и еще ниже. Проваливается в горячую влагу.
Словно что-то поняв для себя, муж тянется к верхнему ящику тумбочки. Шуршит картонной коробкой. Смотрю, в его пальцах поблескивает фольга.
— Они лежали здесь специально для нас, — усмехается.