Может попросить Аррана вернуть назад мою иллюзию, в которой я впервые предстала перед Рилкой и Нелянькой? Вроде, насколько я успела заметить, в караване едут одни лишь люди. Магов или эльфов я не увидела. Так что иллюзию дракона никто рассмотреть не сможет.
Усмехнулась. Конечно же, не получится. Даже если Арран и согласится, я не смогла бы влиться в коллектив монашек незамеченной. Как бы я объяснила свое появление в караване, который едет сквозь степь? Возникла из воздуха? К тому же у монашек, насколько я заметила, есть четкая иерархия — они подчинялись двум старушкам, на головах которых были не серые, а белые косынки.
Так что я стиснула зубы и пошла осваивать местные прелести гигиенических процедур — обтирание мокрой губкой. До ближайшей возможности искупаться, по словам Дили, дня три пути, не меньше. Какая прелесть.
После нехитрого обеда, состоящего из овощного рагу, караван снова двинулся в путь. Нелянька вернулась к матери, а я задремала на сиденье под мерное покачивание кибитки.
И… вот зря, наверное, я это сделала. Потому как сон, который начал проецировать мой несомненно ошалевший от жары мозг, был очень неоднозначным.
Вначале пришли звуки — не просто шум, а грохот падающей с высоты воды. И на этом фоне — нежная трель поющей невдалеке птицы. Затем я почувствовала запахи — воздух был пропитан влагой, свежестью и вместе с тем в нем ощущались тонкие нотки — очень приятные — аромата каких-то цветов. А после просто дух захватило от невероятного вида — островерхие скалы, покрытые, как мхом, зелеными лесами, огромный водопад, казалось, царящий над этой горной долиной и закатное солнце, озаряющее своими последними лучами картину передо мной.
Я поняла, что стою на балконе, нависшем над пропастью. Страшно не было — меня обнимал со спины, словно защищая, сильный мужчина — я чувствовала его дыхание на своей щеке. Так удобно откинуть голову ему на плечо, зная, что на него всегда можно опереться. Мои руки лежали поверх его, поглаживая пальцы. Я откуда-то знала, что ему тоже очень нравится все то, что он видит и чувствует.
Когда его руки раздвинули полы халата и проникли под него, я издала протестующий возглас. Не на балконе же! Послышался короткий мужской смешок, а затем его рука провела перед моим лицом, создавая прозрачную дрожащую в воздухе стену.