Я не была уверена в своей правоте с надеждой ища в жестах или взгляде старшего следователя подтверждения своей догадки.
-Вы что-то хотели? – обратился он, прежде, чем встретиться со мной взглядом.
Я сглотнула ком в горле, сотрясаясь всем телом и сжимая ладони в кулаки, мысленно умоляя его подтвердить или опровергнуть то, чего я не могла произнести вслух.
Несколько долгих мгновений мы смотрели друг другу в глаза, а потом черты его лица смягчились, в глазах зажегся неведомый мне огонь, а Константин еле заметно кивнул, откладывая документы.
Я нерешительно сделала шаг навстречу, отслеживая его реакцию. Потом еще один, уже увереннее. И, почувствовав его молчаливое одобрение, быстро поравнялась со старшим следователем, обнимая его за талию и утыкаясь носом в каменную грудь. Вдыхая, наконец, столь родной запах. И оживая, согреваясь внутри. Оказавшись в его объятиях, забыла о всех своих тревогах. Боль утраты уходила, а у меня словно крылья выросли за спиной.
Константин бережно прижал меня к себе, рвано выдохнув.
-Каин… - прошептала я, едва слышно.
-Шшшш… Тихо, - попросил он, прикасаясь большим пальцем к моим губам, - Каин мертв. А я Костя. Простой старший следователь.
Я всхлипнула, сильнее прижимаясь к своему мужчине. А он, как бы в подтверждение моих догадок, аккуратно прикрыл мне глаза ладонью. Которую тут же убрал. Взял меня за подбородок, вынуждая поднять голову и смотрел мне в глаза.
-Давно догадалась? – прошептал он.
-На самом первом допросе, - призналась я, - когда ты протянул мне свою визитку. Запах. От тебя потрясающе пахнет, - объяснила я, видя, что, Костя удивленно приподнял одну бровь.
Да, я знала, кто приходил ко мне под покровом ночи. Но не могла ему признаться, боясь, что Каин, а вслед за ним и Костя просто исчезнут. И приняла правила его игры, искренне наслаждаясь.
В тот день, когда показали экстренный выпуск новостей, мне казалось я умерла вместе с Каином.
Его глаза сверкнули, объятия стали крепче, а губы тихо прошептали:
-Я люблю тебя.
Взяла его ладонь в свою и опустила себе на живот. Прижала своей, ледяной. И Костя все понял.