— На твоем месте я, наверное, поступил бы так же, — сказал Ребус, засовывая руки глубоко в карманы. — Таблетки могут только отключить на несколько часов, но ничего не изменят.
Прошло два дня с тех пор, как Филиппа Бальфур, которую родители и друзья звали просто Флип, пропала. Два дня — срок небольшой, но исчезновение ее было очень странным. В тот день друзья позвонили Флип домой около семи вечера, чтобы уточнить, сможет ли она встретиться с ними через час в студенческом квартале Саут-Сайд в одном из небольших, ультрамодных баров, которые в годы недавнего экономического роста во множестве появились в окрестностях университета.
Примерно между семью и семью пятнадцатью Флип вышла из дому. В это время Тина, Трист, Камилла и Альби пили уже по второму коктейлю. Ребус заглянул в досье, чтобы освежить память: Трист — это Тристрам, а Альби — Альберт. Трист был с Тиной, а Альби с Камиллой. По идее, Флип должна была появиться в баре с Дэвидом, но, как она сказала друзьям по телефону, ждать его не стоило. «Мы опять поцапались», — объяснила Филиппа, причем, по свидетельству тех же друзей, по ее голосу нельзя было сказать, чтобы она была очень сильно расстроена.
"Выходя из квартиры, Филиппа включила сигнализацию. Для Ребуса это было внове — ему еще не приходилось сталкиваться с сигнализацией в студенческих квартирах. Затем она тщательно заперла не только автоматический накладной, но и врезной замки и, спустившись со своего второго этажа вниз, вышла из подъезда и растворилась в теплых вечерних сумерках. От Принсес-стрит ее отделял довольно крутой холм.
Если, конечно, успела остановить.