Что же это такое? Может быть, враги, завистники установили у него в машине следящее устройство и теперь в редакции все известно о его перемещениях?…
— Тони звонил редактору отдела иллюстраций пять минут назад — как раз тогда, когда я зашел к нему по делу. Ну-ка, угадай, откуда звонил твой пропавший фотограф?…
Холли не ответил.
— Что же ты молчишь? Давай, можешь угадывать до трех раз, хотя для умного человека хватило бы и одного. Ты ублюдок, Холли, просто чертов ублюдок!..
— Тони звонил с кладбища? — сказал Холли.
— Это твой окончательный ответ? Может, хочешь позвонить другу? — продолжал издеваться редактор.
Холли почувствовал гнев. Лучшая защита — нападение, разве не так?…
— Послушайте, шеф, — прошипел он. — Буквально на днях я дал вашей газете лучший материал года. Благодаря моей информации вы оставили конкурентов в глубокой заднице… и после этого вы так со мной обращаетесь? Да провалитесь вы пропадом вместе с вашей паршивой газетенкой! Пусть кто-нибудь другой пишет вам статью о похоронах банкирской дочки — я умываю руки.
Холли замолчал, часто дыша в микрофон, чтобы шеф слышал — он буквально задыхается от праведного гнева.
— Единственный раз в жизни, — сказал наконец редактор, — я слышал, как Стив Холли сказал правду, и этот факт столь удивителен, что о нем будет написано на моем могильном камне.
Последовала еще одна продолжительная пауза, затем раздался смешок.
— Похоже, мы разворошили осиное гнездо, Стиви-бой.
Услышав это «мы», Холли понял, что выкрутился.
— Они сопровождают меня уже почти час, — пожаловался он, — и стоит мне на минутку отнять руку от руля, чтобы поковырять в носу…
— Значит, пока мы разговариваем, ты никуда не едешь?…
— Стою, шеф. Стою на обочине, как каждый законопослушный болван, которому вздумалось поболтать по мобильному телефону из машины.