— Строгий, — прошептал он.
— Как и все, — ответил я тихо. — Пойдём устраиваться.
Третий корпус — одноэтажная постройка из кирпича — оказался жилым блоком для курсантов. Нашли комнату номер двенадцать в самом конце коридора. Стандартный армейский замок открылся с третьего раза: ключ явно нуждался в доработке.
Комната оказалась… комнатой. Скромной. Две кровати, пара тумбочек, шкаф и туалет в углу. Душ, как я понял, общий, поэтому и брели все с тазиками.
— Вот это хоромы! — заявил Коля, присвистнув. — Вот это нам повезло.
Кость кинул свои пожитки на кровать и сразу же упал на неё сам.
— А мягкая-то какая, — потянулся сержант. — Тут и девку потискать не стыдно.
— Поговори мне! — оборвал его.
— Не судите строго, — лицо Коли изменилось. — Сглупил. Молодой, горячий.
Я огляделся. Паучок тут же выскочил из пространственного кольца и занял место на потолке.
Вот и новый этап. Главного я добился, пусть это только начало. Послужной список и рекомендации у меня крайне неплохие, продолжу в том же духе.
По коридору прокатился гул голосов. Судя по тому, как поднялся шум, настало время обеда. Коля уже стоял у двери. Чего у него не отнять, так это военных инстинктов. Он, словно гончая, учуял потенциальную еду.
— Пойдём посмотрим, что там подают, — кивнул я, и мы двинулись за остальными.
В коридоре было людно. Молодые люди разных комплекций и возрастов — ребята от восемнадцати до тридцати — шумно переговаривались, обсуждая дневные занятия. У всех одинаковая короткая причёска.
Вышли на улицу и, пройдя через плац, направились к отдельно стоящему одноэтажному зданию с широкими окнами. В отличие от прочих построек, столовая выглядела почти празднично: над входом висела вычурная вывеска с надписью «Офицерская трапезная», а по бокам от дверей стояли две декоративные колонны.
У входа дежурили двое часовых, которые внимательно осматривали входящих. Завидев мои лейтенантские погоны, они козырнули и пропустили без вопросов. Коля следовал за мной, стараясь держаться как можно ближе.
Внутреннее убранство тоже впечатлило. В отличие от типичных армейских столовых с длинными рядами металлических столов, здесь стояли круглые столики, накрытые скатертями. На каждом лежали чистые тарелки и металлические приборы, которые сверкали в лучах солнца, проникающих через высокие окна. В центре зала висела массивная люстра с хрустальными подвесками, по углам — начищенные до блеска латунные светильники.