– Жизнь отдать ради спасения души – благое дело…
Глава 2
1555 год, 5 сентября, вотчина Андрея на реке Шат
Марфа вздрогнула, когда услышала, что прибыл гонец из Тулы. Но медлить не стала и распорядилась его позвать сразу же. Когда же он вошел молодая женщина была мертвенно бледна, ожидая печальных новостей. Ведь Божий суд – опасное дело. Не каждый может его выиграть, даже славно владея клинком. Масса ведь нюансов и воля случая в таких вещах доминируют. Иначе бы Давид в свое время не победил Голиафа…
Итак – гонец.
Он вошел. Поклонился. И вручил письмо.
– От кого оно?
– От супруга вашего. Он Государем назначен воеводой Тулы.
– Значит судебный поединок он выиграл?
– Без всякого сомнения!
Марфа улыбнулась, а бледность с нее сошла. Настолько быстро и явственно, что окружающие занервничали.
Вот она сидела – словно живой труп. Никаких эмоций. Холодный, лишенный эмоций и жизни взгляд. И лицо как у мертвеца. Секунды три спустя перед ними находилась уже живая женщина. Да собранная, но живая.
Эти особенности Марфы многие из подчиненных замечали.
Однако эта странность… иногда, в моменты тревоги, она словно умирала или оказывалась при смерти. Это пугало и завораживало. Видимо вселение не прошло без последствий и контроль над телом новой личности был установлен не полный, либо с нюансами. Окружающим это постоянно напоминало, что они имеют дело не с простой женщиной, а с древней владетельной княгиней, супругой князя-чародея, что была воскрешена вместе с мужем для защиты Руси.
Марфа же, то есть, Алиса, о том тоже ведала. И с мужем не раз говорила, у которого наблюдался такой же эффект. Странный эффект. Они прекрасно владели телом, уверенно управляли им. И выжимали из себя намного больше, чем иные. В том числе и потому, что легко переносили боль или дискомфорт. Однако в моменты потрясений или перегрузок, могли терять частично или полностью контроль над телом.
У Андрея это выливалось, например, в потерю сознания после тяжелых психофизических нагрузок. У Марфы – вот такая бледность. И, вероятно, если она получит такой же стресс, что и муж, то тоже потеряет сознание по итогу.
Это было и хорошо, и плохо одновременно.
С одной стороны их тела воспринимались ими совсем иначе. Как некие скафандры, внутри которых сидят они настоящие.