– Значит ли это, господин генерал, что остальные присутствующие, кроме месье Луи Барту, априори считаются виновными и будут казнены вне зависимости от прочих обстоятельств? – спросил министр общественного развития, искусств и культов Аристид Бриан.
– Нет, не значит, – ответил генерал фон Клук, – просто другие присутствующие, даже будучи невиновными, не были востребованы ни одним из монархов Континентального Альянса.
– Суд международного трибунала будет открытым, честным и справедливым, – сказал русский офицер, – с выступлениями адвокатов и государственных обвинителей, по одному от каждой страны Континентального Альянса.
– О да, – сказал германский генерал, – лишнего нам тоже не надо. Унижение страны, дерзко объявившей нам войну, уже само по себе – достаточная компенсация всех связанных с этим делом неприятностей.
– Но вы сами дерзко нарушили великое европейское равновесие, создав противоестественный Континентальный Альянс! – воскликнул Клемансо.
– Это ваше равновесие было выгодно только Франции, которая в ходе грядущей войны рассчитывала вернуть себе Эльзас и Лотарингию, – отозвался русский офицер, – остальных оно обрекало на тотальное уничтожение или ослабление, в том числе и ваших потенциальных союзников Британию и Россию. Сражаясь в одном строю с вами против Германской империи, эти страны должны были нести потери, не получая для себя ничего значимого. К черту такое равновесие, от которого выигрывает только одна сторона.
– О да, – сухо подтвердил британец, – замысел был дерзкий. Империя, над которой никогда не заходит солнце, должна была плясать под дудку жалких лягушатников, но фокус не получился. Да-да, именно так. Вступая в Континентальный Альянс, Британия действует только в своих интересах, в то время как придуманное вами Сердечное Согласие было выгодно только Франции."
"– Правильный для Франции состав коалиций распался или не успел сложиться, – добавил русский офицер, – а то, что образовалось взамен, приводило вас в отчаяние.