Мы заперты в подвале, а наши участи уже предрешены — самое время поговорить о будущем!
— Что ж, — улыбнулся Джек, — Анна, если нам все-таки удастся выжить, ты выйдешь за меня? Я не самая выгодная партия — у меня практически преступное прошлое, дом на отшибе и странная семейка.
— Я тоже не завидная невеста, — хмыкнула я. — Я выросла в борделе. Представляешь, какие гости будут на нашей свадьбе?! Это если моя опекунша позволит мне выйти замуж, в чем крайне сомнительно.
Уголок рта Джека дернулся, а в янтарных глазах заплясали смешинки.
— Будет занимательно. Теперь мне есть ради чего жить! К тому же я лишил тебя невинности. Как честный мужчина я обязан жениться на тебе.
У него был настолько торжественный вид, что я расхохоталась, забыв и про подвал, и про нависшую над нами угрозу. Казалось, даже зелье ослабило хватку — помедлив, Джек присоединился, и наш смех отразился от каменных стен. Однако уже спустя пару минут он посерьезнел и сказал:
— Анна, нам лучше поспать. Да, возможно, это последние часы нашей жизни… Но чем дольше я смотрю на тебя, тем острее становится желание напасть.
Поежившись, я кивнула и отползла дальше к стене. Во взгляде Джека мелькнула боль.
— Да, лучше держись от меня подальше — не стоит недооценивать зверя. В сумерках я разбужу тебя, и мы… поговорим еще раз.
Почему-то показалось, что он хотел сказать «попрощаемся».
Отвернувшись, я легла на пол и подтянула ноги к груди. Позади послышалось тяжелое дыхание Джека, и меня начала бить дрожь. Как же уснуть? Да и стоит ли? Я не могла отделаться от мысли, что это мой последний день. Я многого не успела в жизни: ни разу не выезжала за пределы Тарвы, не открыла швейную лавку, как мечтала, не родила ребенка… Разве это справедливо?
На глаза навернулись слезы, но я не позволила им пролиться — ни к чему Джеку слышать мои рыдания.
Незаметно для себя я умудрилась задремать, а снилось мне почему-то ночное небо с сияющей луной.
Глава 26
— Анна! — разбудил меня голос Джека.
Встрепенувшись, я рывком поднялась и осмотрелась. Надежда на то, что все это ночной кошмар, окончательно испарилась. Мы по-прежнему находились в подвале, и о спасении оставалось лишь мечтать.