Я не позволю одурачить себя, как своего отца.
Когда все кончится, я найду себе волчицу и заведу семью. Мне все-таки тридцать один год, и большую часть этих лет я провел в одиночестве. Дороти, Морган да Стив — вся моя семья. Теперь еще и Зои прибилась к нам. Впрочем, я полагал, что скоро она вернется к мужу. Я так и не знал, что у нее случилось с Чарли, но разрешил Зои пожить здесь столько, сколько потребуется.
Стив деланно вздохнул и направил лошадь на дорогу.
— Вот не умеешь ты отдыхать. Когда Кларисса обратилась ко мне, я думал, что девчонка поможет тебе расслабиться, но ты и тут нашел себе проблему! Та история произошла добрых тридцать лет назад, а ты все еще не угомонишься.
Я резко развернулся к другу.
— Это твой отец выбросил беременную тобой мать на улицу ради куртизанки? Он обещал жениться на ней, но предал! Не ты родился бастардом и получил лишь половину фамилии отца, так что ты понятия не имеешь, что я чувствую.
— Ладно-ладно, прости! — пошел на попятный Стив. — Я лезу не в свое дело.
К дому мы подъехали, когда ночь окончательно вступила в свои права. Россыпь звезд на небе освещала дом, и я в очередной раз подумал, что ему требуется ремонт. Да хотя бы крышу поменять… Пока что у меня не оставалось на него ни сил, ни времени.
Особняк достался мне в наследство от дальней родственницы матери. Судя по всему, старушка была весьма оригинальной — выстроить дом в такой глуши! Впрочем, нам повезло — это какое-никакое жилье.
На первом этаже горел свет — наверное, Дороти ждала меня с ужином и горячей водой. Поручив лошадей скривившемуся Стивену, я вошел в дом. Сбросив кожаную куртку, пропитавшуюся запахами леса, потянулся, разминая уставшие мышцы.
Однако когда я вошел на кухню, меня ждал сюрприз. Со стула поднялась одетая в тонкий халат Зои. Ее мокрые волосы черным ковром укрывали спину, и я почувствовал сладковатый аромат ее шампуня.
— Джек! — улыбнулась Зои. — Как поработали? Нашли что-нибудь?
— Пока нет, — отозвался я. — Спасибо за горячую воду, поужинаю я у себя.
Зои, скривившись, шагнула навстречу.
— Я могу помочь… Джек.
Ее глаза расширились, а в голосе прозвучали хриплые нотки. Вздохнув, я покачал головой:
— Зои, я знаю тебя двадцать лет, ни к чему портить нашу дружбу. К тому же ты все еще чужая жена.