Оборотни, которые помогали Джеку, еще спали. К счастью, хотя бы Стивен ускакал в город, едва стихла буря. Вот уж по кому я не буду скучать!
Джека пока не было, а я никак не находила в себе сил признаться Дороти в случившемся. Особенно при Зои. Кажется, я успела не на шутку привязаться к экономке. Надеюсь, я смогу ее навещать после? Если она, конечно, захочет. Собранный саквояж ждал меня в каморке, да и я оделась в дорожную юбку и плотную блузу.
Едва завтрак подошел к концу, Зои выпорхнула из кухни. Да уж, она не особенно утруждала себя работой.
— Если ты намереваешься признаться в том, что собиралась обокрасть Джека, то я уже в курсе, — вдруг раздалось за спиной.
Едва не выронив стакан, я обернулась — Дороти невозмутимо протирала тарелки.
— Хотите сказать…
— Я нашла твой порошок на полу спальни.
Я пристыженно прикусила губу.
— Почему вы меня не выдали Джеку?
Дороти пожала плечами:
— Я чувствовала, что ты не злая. Надеялась, что вам с Джеком хватит ума разобраться во всем вместе. Я же вижу, как вас тянет друг к другу. Главное, будь осторожна с Зои. У нее и прежде характер не сахар был, а сейчас она ревнует.
К щекам прилила кровь, и я быстро покачала головой. Если бы это было правдой, он не отказался бы от меня вчера! Проигнорировав последнее, ответила:
— Меня действительно прислали сюда, чтобы я совершила кражу.
"— И почему меня никто не разбудил к завтраку? — вдруг послышалось в коридоре. В кухню, зевая, вошел Джек, одетый в домашние штаны и полурасстегнутую рубашку. — Когда буря угомонилась, я уснул как убитый.
Заметив меня, он посерьезнел.
— Мой саквояж готов! — выпалила я. При свете дня моя вчерашняя попытка кражи и несостоявшаяся близость казались еще более глупыми.
— Зачем тебе вещи в лесу? — изумился Джек.
Он стащил булочку со стола и принялся жевать, глядя на меня.
— В каком еще лесу? — Настала моя очередь удивляться. — Разве вы не хотите отправить меня обратно к Клариссе?
Дороти, хмыкнув, вышла из кухни, и я нервно сглотнула, испуганно посмотрев ей вслед. Нет-нет… Она оставила нас одних? Мое дыхание участилось, а воздух между мной и Джеком словно стал вязким.