А мне надо заполучить голоса лэрдов, только в этом случае я смогу основать клан. Нам, отщепенцам и изгнанникам, тоже нужно свое место.
— Что теперь? — спросила Анна.
Ответить я не успел — на поляну выскочили Тони и Гарри в обличии черных волков. Тони глухо рыкнул, и Анна испуганно скользнула мне за спину.
— Не бойся, это свои. Видишь, как скалится? Специально решил подшутить над тобой.
Тони мотнул лобастой головой и, высунув язык, облизнулся. Вообще-то это обозначало улыбку, но Анна снова вздрогнула.
— Сейчас я тоже обернусь, — предупредил я.
Девушка неуверенно кивнула и понятливо отвернулась. Я скинул одежду и убрал в заплечный мешок, прихваченный специально для этой цели. Отойдя на пару шагов, встряхнулся и напряг мускулы. По телу прокатилась болезненная дрожь, раздался хруст позвоночника, и я ощутил себя стоящим на четырех лапах. С наслаждением потянулся и привычно отметил, что зрение стало острее, а в нос ударили запахи леса.
Обернувшись, я посмотрел на замершую рядом Анну. Ее рот приоткрылся от удивления, а глаза сверкали любопытством. Она шагнула ко мне и, вскинув руку, вдруг замялась.
Я качнул головой, разрешая ей дотронуться. Хрупкая ладошка легла на мою спину, и я передернул плечами. Необычно, но приятно. Прежде я не позволял гладить себя, словно собаку. Анна с восторгом пропустила шерсть между пальцев и с сожалением отошла.
Придя в себя, я встрепенулся и, проигнорировав насмешливые взгляды Тони и Гарри, направился в сторону леса.
Даже Анна что-то почувствовала. Вскинув голову, она напряженно осмотрелась и зашагала осторожнее, глядя себе под ноги. Едва мы добрались до неисследованного участка леса, я остановился, предлагая ей действовать.
Анна вздохнула и раскинула руки в стороны. Постояв немного, что-то пробормотала себе под нос и села прямо на землю. Ее руки заискрились голубым, но спустя секунду сияние исчезло. Она поморщилась и начала заново.
Да, не очень-то опытная магичка мне досталась.
Чтобы не отвлекать Анну, я отошел в сторону и принялся обнюхивать землю. Впрочем, на всякий случай из виду девушку не выпускал — лес все-таки был донельзя странным.
Здесь ничем не пахло.