Меня схватили так быстро, что я успел только метнуть две иглы ей в голову и выставить клинок. Лезвие упёрлось между грудей твари, но… не причинило вреда. Когтистые пальцы стиснули мою челюсть.
— Ненавижу! — прорычала она голосом, больше похожим на звериный рык.
— Я не понимафю! — выдавил я, чувствуя, как сжимаются её пальцы, впиваясь в щёки.
«Даже коготь водяного медведя ничего с ней сделать не может», — мелькнула паническая мысль.
— Георгий ранил Симону, она чуть не умерла! — гремел голос существа, бывшего когда-то Маргаритой.
— Рад, что она жива, — произнёс, когда хватку чуть уменьшили. Слова царапнули горло.
В следующий миг меня швырнули, как тряпичную куклу, в сторону. Спина и затылок встретились со стеной. В глазах потемнело, воздух вышибло из лёгких. Клинок вылетел из ослабевших пальцев, жалобно звякнув где-то в темноте.
Я сполз по шершавой поверхности, чувствуя, как по спине течёт что-то тёплое. Но руки уже окутывало знакомое зелёное свечение. Источник отозвался на опасность, наполняя каналы силой.
— Вы мне не соперник! — заявила девушка, и её тело снова стало человеческим.
Факел высветил изящный силуэт. Я невольно залюбовался — красивая, зараза.
— Если хотите попытать удачу… Вперёд! — она помедлила, и вдруг в голосе промелькнула неуверенность. — Я бы вас убила, но мне нужна помощь.
«Вот оно что!» Значит, не всё так просто. Пока можно поиграть по её правилам. Думаю, близнецы где-то здесь, да и информация о перевёртышах лишней не будет.
— Странно вы просите! — поднялся, морщась от боли. Взгляд заметался в поисках мешка с трофеями.
— Это из-за вас она пострадала! — в голосе Маргариты прозвучала неприкрытая боль.
— Спорно, — подошёл к своим трофеям, краем глаза следя за девушкой. — Вы убили моих служанок и приняли их форму. Что-то выведывали, пытались навредить.
— Неправда! — она дёрнулась, словно от пощёчины. — Их убила ваша подстилка — Елизавета!
Я удивлённо поднял брови. Верить на слово существу, способному менять облик, не собирался.
Маргарита тем временем, ничуть не смущаясь наготы, подобрала обрывки ткани. Ловкими движениями соорудила некое подобие одежды — набедренную повязку и что-то вроде топа.
— А с чего мне верить? — спросил, поднимая мешок. — Вы же перевёртыш.
— Мы, — она выделила это слово, — не убиваем просто так! У нас есть честь и правила.
— Ха-ха-ха-ха! — взорвался я смехом. — Дети, которых меняют насильно ещё в раннем возрасте.