Больше я вам не уступлю ни йоты…
– Э-э… Хорошо, договорились, – в замешательстве кивнул Поленьев.
Не думала Аврора, что победа ей дастся так легко. Но именно столь быстрый успех и настораживал. Если враг быстро отступает, значит, ему нужно время, чтобы укрепиться на новых позициях.
Но все-таки день-другой у Авроры будет. Она вернет своих детей, а там, глядишь, и Ролан сделает свое дело. Если удастся…
– Вы и так получили от меня более чем достаточно, – сказала она.
– Да, мы не жалуемся, – кивнул Поленьев.
Мысленно он был где-то далеко. Видимо, думал, как спасти своего босса.
– На этом и поставим точку.
– Попробую убедить в этом Натана Елизарьевича…
– Боюсь, у него нет выбора. Или он будет жить на свободе, прикрываясь своим замом по тюремному сроку, или мы будем на него постоянно давить.
– Как?
– Комиссия будет следовать за комиссией.
– Это жестоко.
– Но необходимо.
На этом разговор закончился. Поленьев уехал, и Аврора едва удержалась от искушения направить за ним своих людей.
Аврора не знала, как движутся дела у Корчакова, вернулся он в тюрьму или нет, но через два дня в аэропорту Черноземска приземлился самолет, на котором прилетели Егор и Вика. Домой их везли под усиленной охраной. Всю дорогу Аврора переживала, что произойдет нечто страшное, но нет, гром не грянул.
…Алексей Хромов протер слезящиеся глаза. Такое ощущение, что соль попала на нижние веки и разъедает слизистую. Но это просто усталость. Двое суток он на работе. Вчера смену сдал, а начальник попросил еще на день задержаться. Отказываться Алексей не стал. Работа у него неплохая, платят более чем прилично, а за внеурочные еще три тысячи рублей полагается. Вчера на службе был аврал – хозяйка встречала в аэропорту своих детей, всю охрану с собой увезла, а на дом бросили уже отдежурившую смену.
Глаза продолжали слезиться, и Алексей съехал на обочину, остановил машину. Достал пластиковую бутылочку с водой, плеснул на ладонь, промыл глаза. Стало легче… А машина у него неплохая, «Форд Фокус». За два года на нее заработал.