Шивон не могла не улыбнуться этой терминологии. Рэй увлекался тест-таблицами, и в их беседах часто проскальзывали «первые тройки» или «пятерки».
Вот и сейчас:
— Кстати, Шив, назови-ка первую тройку среди шотландских рок- и поп-исполнителей.
— Рэй…
— Ну уважь! Думать нельзя, назови тех, кто тут же приходит в голову! Навскидку!
— Род Стюарт? «Биг-кантри»? Трэвис?
— А для Лулу места не нашлось? Или Энни Ленокс?
— Я не очень-то в этом разбираюсь, Рэй.
— Однако Род — выбор интересный.
— Это инспектор Ребус виноват.
— Когда сможешь передать мне письмо?
— В пределах этого часа.
— Думаю, я мог бы и задержаться. Если это поможет нашим отношениям.
— Говорила я тебе когда-нибудь, какой ты красавец, умница и симпатяга?
— Когда я выполняю твои просьбы.
— Ты ангел, Рэй. Я твоя вечная должница.
— Ну так выбери же наконец время для автомобильной прогулки, — начал было уговаривать Рэй, но она прервала разговор.
Пройдя через столовую, она понесла письмо в расположенный за нею отдел доставки и регистрации.
— Пакетика для собранных улик, случайно, не найдется? — спросила она вахтенного сержанта. Тот, нагнувшись к ящикам, стал рыться в них.
— Могу сверху принести, — сказал он, признав свое поражение.
— Ну а толстого конверта?"
"Сержант вновь нагнулся и вытащил из-под столешницы конверт из плотной бумаги размером А-4.
— Подойдет, — сказала Шивон и кинула туда свой конверт.
— Привет, ребята! — вскричала она.
Подойдя поближе, она увидела, что рядом с водительским креслом уселся констебль Джон Мейсон, которого в участке, естественно, прозвали «Перри». За рулем была Тони Джексон.
— Здорово, Шивон! — сказала Джексон. — Жаль, что тебя не было в пятницу вечером.
Шивон промямлила какое-то извинение. Тони и еще несколько женщин-полицейских любили раз в неделю разрядиться и хорошенько кутнуть. Шивон была единственным детективом, допущенным в их избранный круг.
— Наверное, я много потеряла, — заметила Шивон.
— Очень много. У меня печенка до сих пор отваливается.
— А что вы такое пили? — заинтересовался Мейсон.