— Тебе точно надо перекрыть доступ к сети, — пробурчал Гордей, потянувшись к бутерброду.
— Правильно, правильно, ты ж на нее посмотри, — Демьян приподнял мятного цвета прядь в светлых волосах, жующей булочку девушки, брезгливо морщась. — Как есть странная. Не удивительно, что ты ее выручать полез, связалась с горя с дурной компанией. А все почему? Пересмотрела ерунды всякой и вот результат. Еще музыка эта богомерзкая, да ей в Аду грешников пытать можно! — плечами передернул. Полина прекратила жевать, сузив глаза до щелочек, будто кошка, настроившаяся на прыжок, зыркая на замершего с вилкой брата у рта.
— Чего? — поежился от взора сопящей сестры.
— Ты сейчас молчал? — спросила, наклонившись. От греха подальше Лавров отодвинулся, придвинув к себе тарелку с омлетом, косясь в сторону болтающих родителей.
— Вообще-то, если не видишь, я занят, — буркнул, не понимая ничего.
— Ну, ладно-о-о, — потянула, замахиваясь сзади рукой, будто муху назойливую отгоняя, натыкаясь на воздушную преграду с силой по ней треснув.
— Ай, больно же, мелкая! — взвился Демьян, отмахиваясь в ответ.
— Гагая прегесть, — мечтательно вздохнула Чума, наблюдая за тем, как шумно вскочила Полина, крикнув семье, что сейчас вернется. — Гита губовь.
— Учись, жирдяй, как девуль клеить надо, — ткнул в оплывший бок Голода Война, кивая на Демьяна, когда они перебрались в коридор следом за парочкой. Харьков занимался тем, что сбрасывал плакаты айдолов со стенки, злобно хихикая, а Полина носилась по ней, отмахиваясь какой-то палкой с розовым пластиковым молотом, на котором мигала надпись «Блэкпинк»*.
"— Сюда иди, мерзкий полтергейст, я тебе покажу силу Лунной призмы и харизмы, — шипела юная Лаврова, замирая.
Остановившись у одной из полок, заставленных CD-дисками в ровный ряд, Дема коснулся кончиком крайнего, заставляя все разом покачнуться.
— Кто тут мерзкий, козявка? — гогоча, толкнул несчастный короб, заставляя посыпаться на пару с фигурками всю тщательно выстроенную конструкцию на пол.
— Только не мои девять версий Эксодоуса*… - в ужасе прошептала Поля, со стоном бросаясь спасать святое.
С Наташей решил встретиться ближе к обеду. Точнее не созвонился, просто написал, что будет ждать ее в месте, где судьба их свела вместе. Пафосно, стильно, а главное в иронично-саркастичной манере общения, в которой они привыкли. Несмотря на бессонную ночь, спать совсем не хотелось. Наоборот какой-то мандраж охватил, будто впервые девочку позвал куда-то.