— И не надейся, — хлопнул Драгомир друга по плечу. Зная, что не только позовет, а еще и будет уговаривать домоседа оставить свой лес, хоть ненадолго.
Остальные гости быстро знакомились, говорили добрые пожелания и исчезали. Понимая, что зря поддались уговорам Всевида и явились столь безцеремонно. Всем своим видом Драгомир демонстрировал недовольство.
Пришедшие волховицы особенно щедры были на теплые слова, потому как с недавних пор у всех них появилась надежда без страха обрести семейное счастье. Оттого и не было в речах и толики зависти, а только радость за обоих молодоженов, что обрели друг друга.
— Смотрю, огнё́вушка, уже послали тебе боги свое благословение?
— Вы про что?
— Про дочку, краса моя. Али не знала?
— Знала. Недавно узнала только, — смутилась Лера.
— Ты, главное, не бойся. Гони страх и никакой беды не случится. И ни на кого зла не держи. А то ежели даже в мыслях добра нету, откуда ему в жизни-то взяться? Вот, возьми, — она сняла с руки амулет и после кивка Драгомира, одела на запястье девушки.
— Спасибо. А что это?
— Чтоб выносила и родила легко. Диво какая у вас девчушка будет. Ой, не зря Лучезара.
— Как? Почему это?
— А это ты у своего мужа спроси, — посмеиваясь, добавила женщина и как-то незаметно отошла. Остальных волхвов Лера и не упомнила толком, все как в тумане было. Едва только последний из гостей исчез, она гневно повернулась к мужу.
— Это что сейчас было, а? Почему Лучезара?
— Ш-ш, душа моя.
Не останавливаясь, Драгомир начал целовать Леру, шагая в сторону спальни. Знал как поцелуями заставить забыть обо всем на свете. Много-много позже, когда утомленная ласками жена сладко спала, он встал с постели и, глядя в окно на темнеющий лес, сделал несколько пассов руками, беззвучно шепча слова наговора-приказа.
Оттого и не узнал Верховный волхв, что на следующее после пира утро пропала рыжеволосая молчаливая Лина.
[1] Жива — Богиня Жизни, Любви и Лета. Покровительница матерей и женщин, помогающих в родах и уходе за детьми."