Их мужья стояли рядом с бесстрастными лицами, лишь изредка обмениваясь понимающими взглядами. Видимо, такие сцены были им не в новинку.
Женское соперничество оказалось не менее жарким, чем мужское. Ставки росли, дамы метали друг в друга испепеляющие взгляды, а зал наблюдал за этим поединком с нескрываемым интересом.
— Сорок восемь!
— Пятьдесят!
— Пятьдесят два!
Жена мельника, уже открывшая рот для новой ставки, вдруг почувствовала на своем локте твердую руку мужа. Тот едва заметно покачал головой. Дама поджала губы, но смирилась.
— Пятьдесят два рубля — раз! Пятьдесят два рубля — два! Пятьдесят два рубля — три! — распорядитель ударил в гонг. — Продано супруге его превосходительства!
Последний, пятый комплект, достался московскому гостю — представительному мужчине в дорогом платье иноземного покроя. Он не торговался, просто назвал сумму — пятьдесят рублей — и никто не рискнул соперничать с ним.
Аукцион завершился под восторженные аплодисменты публики. Это было не просто торговое мероприятие, а настоящее представление, о котором, я не сомневался, будут говорить в городе еще долго.
"По итогу каждый набор из четырех чашек ушел по пятьдесят рублей. Сумма выходила солидной, с учетом того, что средняя пенсия десятника в год была около двухсот рублей, а тут за два дня работы получилась такая сумма, превышающая ее. Двести пятьдесят рублей за все комплекты — на эти деньги можно было купить небольшой дом в городе или несколько породистых лошадей.
Когда зал опустел, ко мне подошел распорядитель, протягивая мешочек с деньгами.
— Извольте получить, господин Егор Андреевич, — сказал он с поклоном. — За вычетом нашей комиссии, как договаривались.
Я взял мешочек, проверил содержимое. Все было правильно.
— Благодарю за организацию, — ответил я. — Прекрасно проведено.
Распорядитель расплылся в довольной улыбке.
— Такого аукциона у нас давно не было, — признался он. — Народ доволен, говорят, не просто торги, а целое представление. Будут еще интересные товары — милости просим!
Я заверил его, что обязательно воспользуюсь его услугами в будущем, и мы распрощались.
Выйдя на улицу, я глубоко вдохнул свежий вечерний воздух. На душе было легко. План удался даже лучше, чем я ожидал.
Где-то вдалеке часы на ратуше пробили десять. Город постепенно засыпал, лишь в тавернах еще горел свет и слышались голоса. Я направился к постоялому двору, размышляя о сегодняшнем дне и строя планы на завтрашний.
Успех аукциона показал, что я на верном пути.