Можно держать блатных в карцере, вдвое и втрое превышая установленную норму, — в таких условиях не каждый выживет, многие издохнут быстрее. Самых отъявленных смутьянов можно подсаживать к туберкулезникам, тогда даже здоровый молодой заключенный уже через полгода станет безнадежно больным. Я бы даже создал туберкулезную зону, куда следовало бы направлять особо неблагонадежных. При необходимости можно предложить еще сотни способов борьбы с ворьем. Так что, товарищи, на мой взгляд, расстрел — не единственный возможный способ уничтожения воровской касты.
Берия понимающе закивал. Про себя он уже отметил это предложение как весьма перспективное. Оно, конечно, было так же смертоносно, как кашель туберкулезника, но Лаврентий Павлович всерьез задумался о том, как воплотить его на практике.
Потом выступил крепкий майор с изуродованной левой рукой. Он уверенно взошел на трибуну, ослепил присутствующих ровным рядом металлических зубов и заговорил:
— Все, что здесь предлагал предыдущий товарищ, возможно, и не лишено смысла, но не нужно забывать о том, что воры в законе — это не стадо баранов, которых рогатый козел может повести под топор мясника.
— И как же, товарищ майор? — Берия вперил взгляд в самоуверенного нахала.
Каждый его питомец — большой оригинал, и никогда не известно, что они могут предложить в следующую минуту.
— Очень просто, товарищ Берия! Нужно сделать так, чтобы они сами уничтожили друг друга. Насколько мне известно, на сегодняшний день на зонах насчитывается около пяти тысяч воров в законе…
— Я вижу, что вы хорошо осведомлены, товарищ майор, — мягко прервал его выступление Берия и улыбнулся, едва раздвинув губы: — Это секретные оперативные данные.
"— …Воры в законе сегодня рассредоточены по многим зонам Сибири, Дальнего Востока, Урала, Заполярья. Я же предлагаю сделать вот что. — Выступающий на несколько секунд замолчал, собираясь с мыслями, а потом продолжал так же уверенно: — Нужно создать для воров в законе специализированный лагерь, куда следует перевести их всех и сразу.