— Ты, правда, можешь понимать знаки, посланные Звездным племенем? — с любопытством спросил он, втайне надеясь, что ужасные пророчества прошлой ночи развеются с наступлением утра.
— Повсюду надо видеть то, что можно понять, — туманно ответила барсучиха. — В звездах, в воде, в бликах на волнах. Весь мир говорит с тем, кто готов слушать.
— Тогда я, должно быть, глухой, — буркнул Ураган. — Будущее темно для меня.
— Не так, серый воин, — проскрипела Полночь. — Гляди! — она кивнула мордой поверх места-где-тонет-солнце, туда, где над горизонтом все еще сиял одинокий воин Звездного племени.
Ураган поднял глаза к сверкающей точке и еле слышно вздохнул. Он не был целителем, привыкшим беседовать со звездными предками-воителями. Он был воином, и его долг состоял в том, чтобы отвагой, силой и опытом служить своему племени… Но теперь выходило, что служить придется сразу четырем лесным племенам.
— Полночь, а когда мы вернемся домой, мы… Он не закончил вопроса, потому что громкий визг заставил его замолчать на полуслове. Ураган обернулся и увидел, как Белочка выскочила из туннеля, ведущего в барсучью нору, и остановилась у выхода. Ее темно-рыжая шерстка была растрепана, ушки настороженно приподняты.
— Умираю от голода! — громко сообщила Белочка.
— Посторонись, дай другим выйти, — послышалось из глубины раздраженное ворчание Грачика. — Тогда мы сможем тебе ответить.
Белочка отпрыгнула вперед, пропуская оруженосца племени Ветра. За ним вылезла Ласточка и радостно потянулась. Увидев сестру, Ураган вскочил и понесся по жесткой траве, чтобы поскорее потереться носом о ее нос. Сам он не был избранником Звездного племени, он отправился в этот поход только для того, чтобы охранять Ласточку. Их мать умерла, а отец жил в чужом племени, поэтому брат с сестрой были гораздо ближе друг к другу, чем обычные родственники.
Полночь подошла следом и кивнула проснувшимся котам."
"— Рыжинка чувствует себя гораздо лучше. Говорит, что плечо у нее почти не болит, — сообщила Ласточка и добавила, обращаясь к Полночи: — Корень лопуха, который ты дала ей, сотворил чудо!
— Корень лопуха — это дело, — пробормотала Полночь. — Не может воин раненый хорошо ходить.