- Да я испугалась, что убила его! Кольцо-то взяло, да и сработало почти на полную!
- Тю-ю, - сложила трубочкой губы женщина, - да что станется с таким бугаём! Есть о чём переживать?
- У здоровяков часто бывает, что сердце слабое, - упёрлась Вера.
- Может, у людей такое и случается, но у этих со здоровьем всё в порядке. Вон он, ходит причёской хвастается.
- Где? – Вера подошла к окну.
Альрик аккуратно трогал руками вздыбившиеся волосы и пытался понять, какого объёма у него теперь голова. Потом ему стало интересно, как он будет выглядеть медведем, и обернулся в зверя.
Но тут вдруг свои начали похрюкивать и тыкать пальцами ему на грудь. К своему ужасу он увидел у себя прямо на самом видном месте проплешину. Вот это позор! Он закрутился, пытаясь ещё выискать подобные неприятности, но слава предкам, вроде бы ничего.
Вера смотрела во все глаза на гигантский меховой шарик, который забавно крутился и осматривал себя. Даже злиться на него не хотелось. Так напугал её!
Вдруг обстановка во дворе переменилась. Молодняк оборотней расступился и вперёд выскочил здоровенный волчара. Он, ещё не завершив прыжок, ударил лапой по морде медведя. Тот обиженно взревел, но не бросился в ответ, а отступил. Волк ещё раз заехал ему по уху и обернулся человеком.
Представший молодой мужчина сильно отличался от своих соплеменников. Он не был лохмат, наоборот, с висков был гладко выбрит, и череп его украшали странные татуировки. Оставленные посередине чёрные волосы были забраны в короткий хвостик. Одет он был в тёмную рубашку и тонко выделанную шкуру. Штаны были пошиты из плотной ткани, но украшены многочисленными полосками кожи, а может, они были кожаные и лишь украшены тканью. Главным в его одежде было то, что она не собрана, где придётся, а пошита именно для него.
****
Во дворе все сразу стали заниматься своими делами, а навстречу гостю вышел лэр-в Линей. Вера сейчас многое отдала бы, чтобы послушать разговор между нахмурившимися мужчинами, но она ясно поняла, что незнакомец не будет при ней говорить.
- Это Ронг, - тихо прошептала госпожа Ната, как будто он мог их услышать. Да и услышал бы, так что такого? – Говорят, он очень жесток и не терпит не подчинения.