Ронг смотрел на вещи, которые были привычного ему фасона, но в то же время чуть другие. Поддаваясь любопытству и напору женщины, он примерил подарки. Слегка приталенная рубашка навыпуск, прикрывающая пояс штанов и отсутствие ремня, и такая же приталенная куртка сидели идеально и заметно меняли его, подчёркивая его фигуру, рост.
Надежда сказала, что кожаная куртка заменяет какой-то пиджак, но, что бы она ни заменяла, снимать её не хотелось. Теперь язык не повернулся бы назвать его деревенщиной. Вид Ронга больше не вызывал у окружающих непонятное глухое подозрение в его опасности, он стал очевидно опасным, жёстким, притягательным и властным.
- Вы очень красивый и брутальный, - не удержалась Надежда, а Сергей хмыкнул и покачал головой женской непосредственности.
Ронг смутился. Он привык, что человеческие самочки побаиваются его шрамов, татуировок на выбритых боках черепа, хотя и стараются рассматривать его украдкой.
В небольшом зеркале отражался оборотень, похожий на его отца. Именно такой, каким Ронг всегда хотел быть. Но может ли он принять подарок от женщины?
Что-то почувствовав, Надежда быстро произнесла:
- Я ваша тёща, так что имею право баловать зятя.
Сергей обнял жену и похвалил её, назвав волшебницей и рукодельницей. Ронг смотрел на них, не зная, как поступить. Как только оборотни вырастали, так переставали получать подарки, внимание матери. Только в семьях, где пара считалась истинной, детей опекали даже тогда, когда они сами становились отцами, дедушками.
Его мать встретила свою пару, когда Альрик был ещё маленьким. Она честно выполнила свой долг по отношение к своим детям, дождалась, когда младший сын обрёл зверя и ушла. Сейчас у неё новая семья, свои проблемы, и ей не хочется вспоминать о прошлом, как будто в нём было что-то плохое.
Стоя у зеркала в подаренной рубашке и накинутой на плечи куртке, Ронг ощущал себя странно.
За несколько дней, проведённых вместе, Сергей с гостем обошли всю столицу.