— Так я не совсем понял, извините мою непосредственность. Вы приехали в качестве друга Нади или в качестве ее телохранителя? — засмеялся Кроткин.
— И у телохранителей могут быть свои маленькие тайны, — ответил Ерожин и принялся за еду.
За столом замолчали. Пауза затянулась.
Люба и Вера замерли с поднятыми бокалами.
Сева тоже перестал жевать и с интересом ждал, чем тема закончится. Тишину прервал взволнованный голос Нади:
— Петю я люблю. Если это кого-нибудь интересует.
— Тогда почему не пьем? — спросил Сева и опрокинул в рот свою рюмку.
— Чего ты засмущалась, глупенькая? — спросила Люба. — Ты так долго оставалась равнодушна к своим ухажерам, что теперь за тебя можно только порадоваться.
— Мы уж начали волноваться, нормальная ли у нас сестра?! Двадцать один год — и ни одного увлечения, — сказала Вера, принимая из рук домработницы Лиды большую фарфоровую супницу. — Вот Любка у нас влюблена.
— Остается только выяснить, как относится наш новый друг к чувству Нади? — негромко сказал Кроткин, с отвращением наблюдая, как Лида наливает в его тарелку из отдельного ковшика индивидуальный крапивный суп.
Теперь все опять замолчали и уставились на Ерожина. По напряженному Надиному лицу было видно, что ответ Петра ее сильно волнует. Ерожин отставил свою тарелку, вытер салфеткой рот и, поцеловав Наде руку, тихо ответил:
— За мою уже немалую жизнь я в первый раз по-настоящему счастлив.
Надя вспыхнула, опустила голову, потом подняла, и все увидели в ее глазах удивительный свет, свет женского счастья. Сестры бросились Надю целовать.
— По случаю внезапно состоявшейся помолвки могу я рассчитывать, что мне крапивный суп и капусту заменят нормальной едой? — взмолился Сева.
— Вот противный мужик, всегда найдет свою выгоду! — засмеялась Вера. — Ладно, будь по-твоему. Лида, бифштекс Ганса неси мужу. Пускай, если приедет, ждет, пока ему поджарят.
Все принялись за еду, сосредоточив внимание на своих тарелках, смакуя бифштекс. Сева успел заметить несколько взглядов, брошенных Надей и Ерожиным друг другу. «Похоже, дело обстоит серьезно», — Кроткин сразу стал раскладывать сложившуюся ситуацию с точки зрения новой семейной модели.
— Люба, а почему ты со мной не поздоровалась в Останкино, помнишь, мы столкнулись в холле телецентра, возле бюро пропусков? — спросила сестру Вера.