Хотя бы того же Щеглова из московского ФСБ – полковник официально продолжал числиться в рядах Бюро, хотя считался давно уже переведенным в ряды питерской милиции, «для укрепления руководящего состава». Между правоохранительными структурами издавна существует неприязнь, и перевод в презираемую комитетчиком оскорбил тонкую натуру полковника Щеглова, и с этого момента он не считал себя обязанным ничем родному ведомству, поступившему с ним таким предательским образом. Поэтому укреплению МВД полковник посвящал гораздо меньше времени, нежели то предполагалось его руководством.
Что касается Молота, то его Хопин предпочитал сейчас держать при себе, справедливо рассудив, что человек, который в совершенстве умеет убивать, должен столь же виртуозно уметь защищаться.
– Ну как?! – спросил Аркадий Андреевич.
– Дождь! – коротко ответил Молот и, прежде чем забраться в салон, стряхнул с зонта капли.
– Твою мать! – отреагировал Хопин, и, когда начальник охраны поднял удивленно глаза, продолжил: – Я тебя не про погоду спрашиваю, синоптик!
– Все в порядке, Аркадий Андреевич! – ответил спокойно Молот. – Меры приняты беспрецедентные. Уверяю вас – президента так не охраняют!
– На президента так и не охотятся! – заметил Хопин. – Щеглов не сообщал ничего нового!
– Нет! – На лице Молота появилась пренебрежительная усмешка – он недолюбливал фээсбэшника, считая, его, как и всю ментовскую породу, – ненадежным и бездарным человеком.
– Лучше бы вы мне это дело поручили! – сказал он напрямик.
– Может и поручу, – пообещал Хопин. – Если Щеглов не справится!
Он выбрался из машины и огляделся по сторонам. Начальник охраны держал над ним большой черный зонт.
– Интересно, – сказал я, – а зонтик у него тоже бронированный или нет?
– Ну вы скажете! – коротко хохотнул Андрей. – Бронированный зонт!
– От этого придурка всего можно ожидать! – заметил я.
– У японцев в старину, – сообщил Заславский, – были в ходу боевые веера, ими можно было и обмахиваться, и использовать в качестве щита!
За такими разговорами мы провели следующие полчаса. Мероприятие, несмотря на дождь, было продолжительным.