Но вскоре усталость дала о себе знать. На улице Магнолий он увидел невысокую каменную изгородь и в изнеможении опустился на неё.
Гарри сидел неподвижно, сердце колотилось, он никак не мог успокоиться. Было уже совсем темно, и мало-помалу им стало овладевать отчаяние. Никогда ещё Гарри, с какой стороны ни глянь, не находился в столь затруднительном положении. Он один в жестоком мире маглов, и ему совсем некуда идти. А самое страшное — Гарри применил мощный заряд колдовства. Посему — прощай, Хогвартс! Он нарушил запрет: колдовать несовершеннолетние не имеют права.
Поёжившись, он огляделся. Что его ждёт?
Арест или просто изгнание из мира волшебников? Подумав о Роне с Гермионой, Гарри чуть не заплакал. Узнай, что он в беде, друзья тут же бросились бы на помощь, невзирая на все его прегрешения. Но они так далеко! И Букли нет! Как им дашь знать?
Нет и магловских денег. В мешочке, на дне чемодана, лежит пригоршня волшебного золота.
"Он глянул на зажатую в руке волшебную палочку. Если его уже выгнали из школы (при этой мысли сердце чуть не разорвалось от боли), можно ещё немного поколдовать, хуже не будет.
От отца ему досталась мантия-невидимка. Надо колдовством сделать чемодан лёгким как пёрышко, привязать его к метле и надеть эту мантию. Тогда он быстро и незаметно долетит до Лондона, заберёт из банковского сейфа все деньги и будет жить как отшельник.
Открыв чемодан, Гарри принялся искать мантию-невидимку. Вдруг ему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Он резко выпрямился и ещё раз огляделся. По спине пробежал холодок. Улица темна и пустынна. В окнах домов ни огонька — все спят.
— Люмос, — шепнул Гарри и зажмурился от яркого света, полыхнувшего на конце палочки; поднял её высоко над головой, и стены ближайшего дома засверкали.