Медленно, словно в дурном сне, друзья побрели вокруг избушки Хагрида, и только они обогнули хижину, передняя дверь с треском захлопнулась.
— Пожалуйста, пойдёмте скорее, — прошептала Гермиона. — Я этого не выдержу, не смогу…
Пошли к замку вверх по склону лужайки; солнце быстро опускалось, всё небо окрасилось в бледно-пурпурный цвет, но на западе ещё пылал рубиново-красный отсвет.
Рон остановился, как будто налетел на столб.
— Пожалуйста, Рон, — взмолилась Гермиона.
— Это Короста… Вырывается… Да сиди же ты…
Рон скрючился, стараясь удержать Коросту в кармане, но крыса словно обезумела — дико пища, она крутилась, билась, пытаясь укусить Рона за руки.
— Короста, это же я, Рон, дура ты эдакая, — ругал крысу мальчик.
Со стороны хижины донёсся звук открывшейся двери и голоса людей…
— Рон, пожалуйста, идём, они уже вот-вот… — задыхаясь, просила Гермиона.
— Да, да, сейчас… Короста, сидеть!
Вся троица бросилась бежать. Только бы не слышать голосов за спиной. Но Рон опять остановился.
— Не могу справиться! Заткнись, Короста, нас могут услышать!
Крыса визжала так, словно её резали, но всё же звуков в огороде Хагрида она, конечно, не могла заглушить.
Гермиона пошатнулась.
— Не… не может быть! — почти беззвучно выдохнула она. — Как они посмели…
Глава 17
Крыса, Кот и Пёс
Шок был настолько силён, что Гарри на минуту показалось, будто рассудок покидает его; всех троих ужас пригвоздил к месту, и они оцепенели, стоя под мантией.
— Это Хагрид. — прошептал Гарри. Не раздумывая над тем, что делает, он повернул назад, но Рон с Гермионой схватили его за руки.
— Нельзя! — Рон был белее бумаги. — Ещё хуже ему сделаем, если узнают, что мы с ним виделись…
На Гермионе тоже лица не было.
— Как… они… могли? — ловя воздух ртом, спрашивала она.
— Пойдём, — сказал Рон. Зубы у него стучали. Они снова побрели к замку, стараясь двигаться как можно осторожнее. Быстро смеркалось, и к тому времени, когда друзья вышли на лужайку, свой плащ-невидимку на них набросила темнота.
— Короста, сиди спокойно, — приговаривал Рон вполголоса, придерживая нагрудный карман, — крыса неистово рвалась на волю. Рону пришлось ещё раз остановиться, чтобы запихнуть её поглубже.