Я бы на месте зельевара насторожился, а не почетный ли это тюремщик? Даже Марии о своих мыслях намекнул. Однако, девушка заверила, что наблюдала, как происходят задержания и аресты. Никто с виновниками не церемонится. На словах нам дозволили жить в пятикомнатной квартире Вертлугиных, да только пришедший на следующий день городовой потребовал письменное подтверждение.
— Простите, готов поверить на слово и вижу, что вы порядочные люди, однако, престарелая супружеская графская чета, живущая этажом ниже, уже выразили обеспокоенность.
— И что нам делать? — поинтересовалась баронесса.
— Съехать, — твердо ответил представитель власти. — Получите письменное разрешение или лично госпожа Вертлугина, либо ее отец вернутся и тогда проблема разрешится. Простите, но из квартиры уйду с вами и ключи заберу.
И ведь никак не оспорить такой произвол! Ну, вообще-то, все правильно, хозяев нет, а те нас никому не представили и пожеланий не высказывали.
— Александр это вы⁈ — раздался из кухни крик баронессы.
— Да, — коротко ответил и положил на этажерку купленные газеты и документы.
— Удачно? — появилась в дверях Натали, вытирая руки полотенцем.
— Чем так вкусно пахнет? — поинтересовался я. — Никак ты мясо жарила?
— Ничего-то от вас не скрыть, — улыбнулась девушка.
— Натали, а чего опять выкаешь, мы же договаривались, — покачал головой.
— Простите, ой, прости, никак не получается, но постараюсь, — потупилась та. — Что с разрешением, мое прошение удовлетворили?
Местный целительский отдел, будь он неладен, точнее, его чиновница, которая когда-то работала секретаршей у градоначальника, а теперь поставленная заправлять выдачей разрешений для частной практики.