Враги

Натаниэль покачал головой вслед - они почти не спали этой ночью, потому что Элиссе непременно надо было выйти в дорогу ни свет ни заря, чтобы ""успеть со всем разобраться, пока эти дураки от страха чего-нибудь непоправимого не наворотили"" - и теперь она явно собиралась работать до позднего вечера. Пропади оно пропадом, то командорство. Он сунулся было с вопросом, не может ли чем-то помочь, получил от ворот поворот и, пожав плечами, отправился отсыпаться. Если Элисса говорит, что помочь нечем - значит, нечем.

Он нагло проспал половину дня, начиная понимать бывалых солдат, виденных в Вольной Марке - готовых спать сидя, стоя и даже на ходу, урывая любую свободную минутку. Тогда он над ними смеялся. Сейчас... пожалуй, до такого еще не дошел, но, кажется, недалек от. Потом несколько часов провозился с обычными житейскими мелочами - это отмыть, то постирать, хвала Создателю, не так уж много у него было вещей. Встреченный в коридоре Варел поздоровался сухо и коротко, глянул недобро.

Натаниэль знал, что сенешаль его недолюбливает - да и с чего бы ему, по большому-то счету любить сына прежнего эрла, который не только лишил его всех званий и заслуг, но и едва в тюрьме не сгноил лишь за то, что сам Варел не считал нужным скрывать - новая политика Хоу ему не нравится. Да и знакомы прежде они не были - Варел появился в замке, когда Натаниэль уже уехал. Так что любить сына эрла у него причин не было - но в последние дни в манерах сенешаля появилось нечто похожее на одобрение - и вдруг снова? Натаниэль, как ни старался, никакой провинности за собой припомнить не смог, так что оставалось только пожать плечами и продолжить заниматься собственными делами. "

"Во дворе туда-сюда сновали вестовые, мелькали люди в разных цветах с и разными гербами, словно половина эрлинга вдруг решила под вечер посетить замок. Впрочем, может быть так и было - Натаниэль припомнил кое-какие гербы, сопоставил с читаными не так давно письмами - похоже, Элисса решила пообщаться с заговорщиками лично.

Оно и верно - проще всего, конечно, вырезать всех поголовно и получить на месте полудюжины недоброжелателей десятка три кровников, но не зря же с древних времен жила оговоренная едва ли не до жеста церемония примирения сюзерена со злоумышлявшим против него вассалом. Не дураки предки были.