В квартире что-то падает. Замираю, прислушиваюсь.
Шаги…
Выдохнув сквозь зубы, с бешено колотящимся сердцем жду, когда щёлкнет замок. Но он, сука, не щёлкает! И шагов больше не слышно.
— Уходи…
Глухое, убитое, похожее на тупой нож, слово безжалостно режет по взвинченным нервам. Ещё не до конца осознавая происходящее, прислоняюсь лбом к прохладной поверхности двери.
— Яся, — знаю, что она слышит. — Малышка, впусти меня. Я ключи забыл.
— Нет…
Мне становится больно. Я уже понимаю, что опоздал, но верить не хочется.
Да блядь! Какого хрена всё это с нами происходит?! Зачем бить по самому ранимому и светлому человеку в моей вселенной? Это грубо и жестоко — ранить ту, которая не сможет ранить в ответ.
— Ярослава. Яся, пожалуйста… Девочка моя, впусти. Я объясню.
— Ты переспал с ней! — её срывает на хриплый вскрик.
Он застревает в моей голове и ещё несколько раз прокручивается на репите.
— Нет! Нет, Яся! Всё было не так, — отчаянно стучу ладонью по двери.
"Надо, чтобы она открыла. Чтобы увидела меня. Посмотрела в глаза. Услышала.
— Мне прислали видео, Гордей. Это было очень! Очень красноречивое видео! Уходи, — её голос падает до надрывного шёпота.
— Это случайность! — звучит как тупая отмазка. — Чертова пьяная случайность! Ясь, открой дверь и мы поговорим. Девочка моя, ты же меня знаешь. Ты знаешь мои чувства к тебе.
Она знает! Я всегда говорил и показывал их для неё.
Знает!
Но все мои доводы сейчас проигрывают перед тем, что ей скинули.
Видео… Откуда взялось это проклятое видео?!
Страшно представить, что на нём.
— Мне тоже так казалось, — всхлипывает любимая девочка. — Уходи, Калужский. Я бы многое тебе простила, но только не предательство.
— Я не предавал тебя, Ясь. Пожалуйста. Я умоляю, открой дверь.
— Нет…
— Смольская! — со злости на всех, кто лезет в мою жизнь, снова луплю по двери. — Даже самому опасному маньяку перед смертной казнью дают сказать последнее слово. — Впусти меня сейчас же! Или я выломаю к хуям эту проклятую дверь!
И я действительно настроился её ломать.
Время тянется адски медленно. Секунды тягучими расплавленными струями стекают откуда-то из пространства и капают, капают, капают….
Я гипнотизирую дверь, слушая, как за ней плачет моя любимая маленькая женщина, раненная в самое сердце. Моё рвётся к ней. Нам обоим больно. Ей, конечно, сильнее.
Мне очень нужно на неё посмотреть. Пусть откроет. Не хочу пугать сильнее.