Или, может, поиграем в игру, в которой за каждый выданный мной секрет ты будешь снимать с себя один предмет одежды?
Она накрыла его руки своими, и пальцы замерли на клавишах.
— Или оставим игры для другого раза, и ты просто скажешь мне, что тебя тревожит. Как дела у твоего отца?
— Его состояние не изменилось.
Безусловно, он расстроен из-за болезни своего отца, но его мучает не только это. Что-то заставило его сесть за рояль посреди ночи. Она могла бы проигнорировать это и провести остаток ночи в его объятиях, но ей нужно узнать больше о человеке, с которым она, возможно, свяжет свою жизнь.
Эта мысль повергла ее в шок. Да, она действительно обдумывает предложение Карлоса, и ей нужно получить подтверждение тому, что она может доверять чувствам, которые зарождаются в ее сердце. Но ей нужно действовать очень осторожно. Если она совершит оплошность, то Карлос может еще сильнее замкнуться в себе.
— Ты думаешь о своей матери? — спросила она.
— Она была художником во многих смыслах этого слова. Она играла на рояле, готовила как заправский повар, при этом утверждая, что научилась этому, наблюдая за своей матерью.
В его низком рокочущем голосе слышались ностальгические нотки. Очевидно, он очень дорожит этими воспоминаниями. Сердце Лайлы болезненно сжалось.
— Похоже, она была очень талантливой и занятой женщиной.
— Занятой? — Его брови сошлись на переносице. — Мне никогда не приходило это в голову, поскольку она была спокойной и никогда никуда не торопилась.
Лайла переплела свои пальцы с его:
— Сколько лет тебе было, когда она погибла?
— Тринадцать. — Он сжал ее руку. Черты его лица слегка напряглись. — Я предпочитаю вспоминать, как она жила, а не как умерла.
Она положила ладонь ему на щеку и принялась легонько ее поглаживать.
— Уверена, она бы хотела, чтобы ты дорожил этими счастливыми воспоминаниями.
В комнате повисла тишина. Ее нарушало только их дыхание.
Горло Карлоса дернулось, прежде чем он заговорил снова:
— Я играю на рояле, чтобы ее образ, хранящийся в моей памяти, не померк со временем. У нас нет домашнего видео. Семейных фотографий сохранилось очень мало.
Возможно, именно поэтому в его доме, в рабочем кабинете и даже здесь, в его крыле, спартанская обстановка.
— Твой брат сегодня упомянул о том, что в тебя стреляли. Значит, никакого падения с лошади не было.
Карлос покачал головой:
— Не было.